После освобождения женщина купила старый дом в деревне, не подозревая, что находка во дворе изменит её жизнь
Вернувшись к дому, Оксана заметила возле своего забора старый велосипед. На крыльце сидел молодой священник в чёрной рясе, с окладистой бородой и внимательными живыми глазами. В них не было ни страха, ни осуждения, и это непривычное спокойствие сразу выделяло гостя среди остальных жителей. Увидев хозяйку, незнакомец поднялся, назвал себя отцом Павлом и объяснил, что недавно стал настоятелем местного прихода.
Оксана насторожилась. После последних событий она ждала либо наставлений о смирении, либо новой угрозы, прикрытой благочестивыми словами. Однако отец Павел не собирался читать ей проповедь. Он слышал о происходящем и знал, что по посёлку уже распространяются слухи о найденных старых документах.
Понизив голос и время от времени оглядывая улицу, священник рассказал, что давно изучает прошлое прихода. В записях сороковых годов ему попадались странные несоответствия, которые прежде никто не решался объяснить. Кроме того, старый диакон перед смертью признался: он знал правду о Мироне, но всю жизнь молчал, опасаясь за родных. Отец Павел предложил помощь. Перед Богом, сказал он, значение имеет только правда, и оставаться в стороне, когда совершается несправедливость, он не может.
Оксана неожиданно почувствовала, что этому человеку можно верить, и пригласила его войти. В каком-то смысле отец Павел тоже оставался здесь чужаком — слишком образованным и прямым для среды, привыкшей к покорности. На тёмной кухне, освещённой керосиновой лампой, она достала копии страниц дневника и наградного листа и положила их перед гостем.
Священник читал медленно, иногда беззвучно шевеля губами. Чем дальше он продвигался, тем мрачнее становилось его лицо. Дойдя до рассказа о выстреле в лесу, отец Павел перекрестился и назвал поступок Мирона Каиновым грехом. На этом преступлении, тихо добавил он, выросло благополучие целого рода. Затем поднял глаза и сообщил, что знает человека, способного укрепить их доказательства.
В местной школе преподавала историю принципиальная и дотошная женщина, давно спорившая с Богданом из-за его попыток приспособить прошлое посёлка к легенде о собственном деде. Отец Павел обещал поговорить с ней и устроить встречу. Перед уходом он назвал время встречи в старой церкви на окраине и пообещал привести туда Ларису, если она согласится помочь. При этом священник настойчиво попросил Оксану соблюдать осторожность: потерявший привычное превосходство Богдан становился особенно опасен.
Когда священник уехал на велосипеде и растворился в вечерних сумерках, Оксана впервые за последние дни ощутила облегчение. Напряжение не исчезло, но перестало давить на неё всей тяжестью. В этой борьбе она больше не оставалась одна. Её союзник не умел сражаться с оружием в руках, зато обладал нравственным авторитетом, которого у Богдана не было и никогда не могло быть.
И всё же расслабляться было нельзя. Темнота вновь заполняла двор, а Богдан наверняка уже готовил следующий шаг. Оксана проверила расставленные ловушки, убедилась, что леска натянута и осколки остаются под окнами. Возле кровати она положила нож и кочергу, после чего легла прямо в одежде.
Сон не приходил. Оксана перебирала возможные действия и понимала: если противник перекрывает ей воздух здесь, ответ следует нанести там, где он его не ждёт. Главной защитой могла стать только огласка. Информацию нужно было сделать публичной прежде, чем люди Богдана доберутся до неё или уничтожат оригиналы.
Тогда она вспомнила слова отца Павла об учительнице истории. Возможно, через старые архивы удастся подтвердить написанное Остапом официальными бумагами. В таком случае против прославленной легенды будут стоять уже не воспоминания одинокого солдата, а проверяемые документы, которые не сможет проигнорировать даже следствие. Эта надежда впервые дала ей не только решимость, но и направление для дальнейшей борьбы. Ухватившись за неё, Оксана продолжила лежать в темноте, ожидая следующего шага Богдана…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
