Пожилой мужчина остался без помощи, и студентка не прошла мимо, хотя сама почти ничего не имела

Но радость оборвалась внезапно. Варвара Михайловна умерла, когда ей было всего пятьдесят пять. Позже выяснилось, что сердце давно давало сбои, только она никому не говорила. Не жаловалась, не просила, не показывала слабости. Так она прожила всю жизнь — будто боль существовала отдельно, а она отдельно.

Степан после похорон ходил как потерянный. Он не умел плакать открыто, не умел говорить о горе, но внутри будто образовалась пустая холодная яма. Спасала его только Марьяна. Она была рядом, когда он молчал часами, когда просыпался среди ночи, когда машинально искал взглядом мать в квартире, где каждая вещь ещё хранила её присутствие.

— Я понимаю, как тебе тяжело, — говорила Марьяна, садясь рядом. — Маму потерять — это страшно. Но не держи её болью, Степа. Представляй, что она просто уехала ненадолго. Что однажды откроется дверь, и она снова войдёт. Так тебе легче будет отпустить её душу туда, где ей теперь спокойно.

Он слушал и впервые позволял себе опираться на другого человека не только делом, но и сердцем. Марьяна помогла ему принять то, что мать больше не вернётся. Не забыть, не перестать любить, а именно смириться и жить дальше.

Через год, когда им обоим было по тридцать одному, Марьяна сообщила, что ждёт ребёнка. Степан растерялся от счастья. А вскоре ему приснилась мать. Сон был необычайно ясным: Варвара стояла перед ним молодой, здоровой, с таким лицом, каким он никогда не видел её при жизни. В её глазах не было прежней усталости.

— Не мучайся обо мне, сынок, — сказала она. — Мне хорошо. Я снова встретила твоего отца. А у вас родится девочка. Только воспитывай её не одной строгостью. Люби её так, чтобы она это чувствовала. Не повторяй моих ошибок, иначе сам потом будешь горько жалеть.

Степан проснулся с облегчением, будто действительно получил весть от матери. Слова её он запомнил, но смысл до конца не понял. Марьяна была беременна, он волновался за неё, носился с заботами, помогал по дому, и постепенно предупреждение из сна отодвинулось куда-то в глубину памяти…