Приехав к памятнику покойной жены, мужчина заметил двух бедных близнецов. Причина их прихода открыла ему глаза на тайную жизнь его супруги

— Мамочка, мы тебя ждем. Очень ждем.

У Николая потемнело перед глазами. Он застыл, не в силах сразу вдохнуть. Лидия не рожала. Никогда. Это было невозможно. И всё же эти дети стояли у ее могилы и называли ее мамой.

Он заставил себя приблизиться.

— Девочки… — голос прозвучал хрипло и чуждо. — Кого вы зовете мамой?

Старшая подняла голову. Ее темные глаза были тяжелыми, настороженными, как небо перед зимней бурей.

— Тетю Лиду, — прошептала она. — Она наша мама.

Пальцы Николая задрожали так сильно, что стебли лилий зашуршали в его руках. Он медленно опустился перед девочками на одно колено, не замечая ни холода, ни грязи.

— Вы ее знали? Откуда вы пришли? Что она вам говорила?

Младшая, совсем тоненькая, с острыми плечами и испуганным лицом, всхлипнула.

— Мама сказала, если мы потеряемся, надо прийти сюда. Она услышит.

Николай протянул к ним руку, но старшая резко отпрянула.

— Ася, бежим!

Девочки сорвались с места и почти сразу исчезли в густом тумане, словно их поглотила белесая пелена. Николай успел только крикнуть вслед:

— Подождите! Кто вы?

Ответом стал лишь ветер, прошедший по верхушкам старых сосен.

На земле остался маленький букетик полевых цветов. Они уже подвяли, лепестки потемнели от сырости. Николай поднял один цветок. Он был мокрый, ледяной, почти невесомый. Белый лепесток прилип к его перчатке, как обрывок чужого, давно спрятанного воспоминания.

— Лида, — прошептал он в пустоту, — что ты от меня скрыла?