Ручки пакетов впивались Марте в пальцы так жестоко, будто она несла не крупу, хлеб и дешёвую курицу, а мокрые булыжники с самого дна той ямы, куда её жизнь медленно сползала последние годы. Она перехватила...
На третью ночь после похорон волчица опять вышла к старому кладбищу. Она двигалась низко, почти стелясь по мокрой траве, а у свежей могилы сразу легла грудью в размятую глину и принялась рвать её передними...
Галина Даниловна увидела ворону не сразу. На четвёртый день, может быть, на пятый — в первые недели новой работы все дни у неё смешивались, потому что утро было похоже на утро, железная калитка скрипела...
Когда конвоир ударил Оксану Коваленко прикладом между лопаток, она рухнула в снег так резко, что зубы лязгнули, а во рту сразу разлился металлический привкус крови. Она не вскрикнула. Крик был роскошью для тех, кто...
Мастерская Мирона Ковалюка пряталась на самой окраине города, в длинном ряду бывших гаражей, где зимой пахло железом и сыростью, а летом — пылью, старым лаком и нагретой древесиной. К нему везли всё, что другие...
— Выйди из машины, Олеся, и перестань смотреть на меня так, будто я обещал тебе вечность. Голос Мирона в тесном салоне дорогого внедорожника прозвучал почти равнодушно. Он не повышал тон, не срывался на крик,...
На краю маленькой деревни, там, где за последними огородами сразу вставала глухая лесная стена, жила Орыся. Стороннему человеку это место показалось бы тихим и ничем не примечательным: приземистые крыши, потемневшие от времени заборы, тропинки...
В их тесной съёмной однокомнатной квартире на самой окраине большого города тишина никогда не была пустой. Она лежала в углах тяжёлым серым слоем, пряталась между стопками счетов на кухонном столе, впитывалась в занавески и...
