Советская медсестра прошла через Афганистан и вернулась домой совсем другим человеком

То, что со мной случилось, не сделало меня сильнее, мудрее или лучше. Оно лишь изменило меня навсегда.

Внутри остались осколки прошлого, которые режут с каждым вдохом, и раны, которые не заживают.

Память отравляет каждый день. Я живу, потому что не могу иначе: инстинкт, привычка, страх смерти.

Я несу дальше свою ношу, боль и разрушенную жизнь. В этом нет героизма, зато есть честность.

День все равно начинается. Я допиваю чай, смотрю на часы: пора собираться на работу. Встаю, надеваю пальто, шарф и шапку.

Выхожу на улицу: холодно, дует ветер, снег хрустит под ногами. Иду на остановку, жду автобус, еду в больницу. В палатах лежат больные — старики, молодые люди, дети.

Кто-то стонет, кто-то спит, кто-то молча смотрит в окно. Я беру ведро, тряпку, мою пол, меняю белье, выношу утки, делаю свое дело. Одна из больных, старушка лет девяноста, хватает меня за руку, смотрит мутными глазами, говорит: «Спасибо, дочка».

Я киваю — она засыпает. Я заканчиваю работу, переодеваюсь, иду домой. Покупаю хлеб, молоко, поднимаюсь к себе, ем, мою посуду.

Ложусь спать, закрываю глаза, жду снов. Они приходят. Так проходит моя жизнь — тихо, серо и одиноко, без радости, но и без особой боли. Просто существование.

Я не жалею, что вернулась. Могла умереть там, в горах, в той яме. Но я вернулась и живу — это мой выбор, если можно назвать выбором то, что продиктовано инстинктом.

Я не жалею, что родилась, несмотря ни на что, потому что первые двадцать три года моей жизни были хорошими. Они были настоящими, яркими, полными смысла. Остальное просто довесок, длинный, тяжелый, бессмысленный.

Но он тоже часть моей жизни, и я его проживу до конца, сколько отведено. А потом, надеюсь, все кончится тихо, спокойно, без боли. И это будет хорошо.

Я сижу у окна, смотрю на ночной город. Огни, дома, редкие машины. Где-то там люди живут своими жизнями, любят, ссорятся, мечтают, страдают.

Обычные люди, обычные жизни. Я когда-то была одной из них, теперь — нет. Я тень, призрак, женщина, которая умерла сорок лет назад и по ошибке вернулась.

Но я здесь, я дышу, я существую. И пока я существую, я должна что-то делать, работать, помогать, быть. Это немного, но это все, что у меня есть.

Так сложилась моя жизнь. Я прожила ее не так, как хотела, но прожила. И это, наверное, главное.

Рассвет близко, небо светлеет, скоро собираться на работу. Я встаю из-за стола, иду на кухню, ставлю чайник, смотрю в окно на просыпающийся город. Новый день — один из десятков тысяч.

Я проживу его, как прожила вчерашний, как проживу завтрашний. Тихо, спокойно, без надежды, но и без отчаяния.

Просто проживу, потому что выживание — это не победа, это просто продолжение.