Свекровь хвасталась подругам молодым поклонником, пока невестка случайно не увидела его фото

Ирина сфотографировала сообщение на свой телефон. — Сохрани. Не удаляй. Кто-то уверен, что ты одна и испугаешься. Через два дня Артем приехал к офису. Он стоял под козырьком без зонта, с намокшими волосами и опущенными плечами. У Марии болезненно сжалось сердце: она вспомнила, как он когда-то ждал ее после поздней смены с пирожком в бумажном пакете. Но нежность тут же уперлась в обиду.

Они дошли до пустой остановки. — Мама сказала, ты звонила Наталье Павловне, — начал Артем. — Значит, она уже всех предупредила. — Ты давишь на пожилых людей. Мария открыла сообщение с угрозой и протянула ему. На его лице мелькнул испуг, но он тут же спрятал его. — Это не мама. — Откуда знаешь? — Она бы так не стала. — А кто тогда? Он отвернулся к дороге.

— Фото было не мое, — сказал он. — Мама просто хотела перед подругами показаться не старой. Сфотографировалась с каким-то парнем в кафе, придумала. Неловко, но не преступление. — Ты не видел фото, но знаешь, что оно не твое? Артем сжал губы. В этот момент его телефон завибрировал. Мария успела увидеть имя: «Коля СТО». Он сбросил слишком быстро. — По машине, — буркнул он. — У нас нет ремонта машины. — Маша, хватит.

В субботу она пошла за вещами и документами. Ключи у нее оставались. В квартире было полутемно, на вешалке висел шарф свекрови. Мария открыла нижний ящик комода, где лежала синяя папка, и похолодела: папки не было. Она проверила шкаф, коробку с шапками, полку над столом. Ничего. — Ищешь? — раздалось от двери. Татьяна Викторовна стояла в халате, с мокрыми волосами и цепкими глазами.

— Где мои документы? — В надежном месте. Вдруг ты развод побежишь оформлять или кредиты наберешь? Мария достала телефон. — Я вызываю полицию. Свекровь побледнела, но в этот момент вошел Артем с синей папкой. Внутри были диплом, копии паспорта, страховые бумаги, но исчез серый конверт с распиской на деньги за ремонт. На тумбе Мария заметила чужой брелок «КСТО» и счет на фамилию Мельник. Пока мать и сын спорили, она сфотографировала обе вещи, чувствуя, как страх впервые уступает место злости…