Свекровь продала два дома и решила поселиться у невестки. Та согласилась и отправила ей адрес, который изменил планы всей семьи

Алина всё это время сидела у стены и внимательно слушала. Узнав о заблокированных счетах и долгах, она перестала плакать. Взгляд стал расчётливым. Девушка поднялась и потребовала объяснить, что теперь будет с квартирой. Дмитрий обещал, что жильё куплено полностью и оформляется на неё, однако оригинал договора почему-то хранил у себя.

— Спроси у своего возлюбленного, — ответила я.

Алина встала перед Дмитрием и заставила его посмотреть ей в глаза. Он попытался взять её за руку, но она отдёрнулась. Муж говорил, что я всё подстроила, просил дать ему несколько дней и обещал найти юриста. Затем признался: внесён только задаток, последний платёж ещё не сделан. Ему нужно остаться здесь хотя бы ненадолго, пока он вернёт деньги.

Слова о задатке услышала Мария Ивановна. Она снова схватила сына за волосы и стала спрашивать, что произошло с её шестьюдесятью миллионами. Если квартира не выкуплена, куда ушла остальная сумма? Дмитрий оттолкнул её, но объяснения не дал. Алина вспомнила недавний звонок из агентства недвижимости: её уже торопили с очередным платежом, а Дмитрий уверял, что расчёты завершены.

Молодая женщина усмехнулась. Она сказала, что он изображал состоятельного руководителя, хотя на деле оплатил лишь первый взнос по найму с возможностью выкупа. Дмитрий напомнил о её признаниях в любви и спросил, неужели она отвернётся при первой беде. Он уверял, что ради неё бросил жену и забрал материнские деньги. Алина ответила без прежней ласки: её привлекали не возраст, внешность и характер Дмитрия, а его золотая карта. Бедный должник ей не нужен.

Светлана снова попыталась броситься на Алину, возмущённая оскорблениями в адрес брата. Любовница отступила, схватила телефон и позвонила охране. Она сообщила о незаконном проникновении, разрушенных вещах и нападении на хозяйку, назвала этаж и номер квартиры. Дмитрий просил не делать этого. Он признался, что в прежнем доме уже сменены замки, счета недоступны и ему с матерью некуда идти. Алина даже не посмотрела на него.

Через две минуты в квартиру вошли четверо крепких охранников. Алина указала на Дмитрия, Марию Ивановну и Светлану, назвала их вымогателями и потребовала вывести вместе со всеми сумками. Сотрудники приказали покинуть помещение добровольно, предупредив, что иначе применят силу. Дмитрий слабо сопротивлялся и продолжал звать Алину, но двое мужчин подняли его под руки.

Другие охранники вытолкнули в коридор мать и дочь. Мария Ивановна плакала, пиналась и требовала вернуть её деньги. Она кричала, что останется у двери, если понадобится, потому что квартира оплачена ею. Но охрана собрала помятые тюки, погрузила всех троих в грузовой лифт и отправила вниз. Их голоса постепенно затихли за закрывшимися дверями.

Я вошла в пассажирский лифт. Алина проводила меня тяжёлым взглядом, но я ничего ей больше не сказала. Пока кабина спускалась, впервые за много месяцев я смогла глубоко вдохнуть. Первая часть плана закончилась: муж лишился обеих придуманных жизней, его родственницы увидели любовницу, а любовница узнала цену его обещаний…