Свекровь снова пришла за деньгами, не зная, что её сын уже две недели не живёт в этой квартире

— Эй, вы что творите? Это моя квартира. Я сейчас полицию вызову. — Марина наконец-то обрела дар речи и кинулась грудью на защиту своего имущества.

— Вызывай, дорогая, вызывай! — Лидия Степановна радостно подошла вплотную к Марине. — Хочешь писать заявление о краже? Пиши на него.

Она ткнула пальцем в Богдана.

— За мошенничество! Сказал, что деньги нужны на семейный ремонт, а сам взял у меня двести тысяч и тебе охлаждающий шкаф купил.

Марина резко остановилась. Полиция в её планы совершенно не входила. Одно дело строить любовь с обеспеченным мужчиной, и совсем другое — получить в комплекте нищего вруна с дурной роднёй, которая выносит мебель средь бела дня.

Петрович тем временем уже ловко выдернул шнур холодильника.

— У меня там йогурты пропадут и икра! — тонко взвизгнула Марина, глядя, как холодильник отрывают от стены.

— В окно выстави, погода позволяет! — парировала мать Богдана, лично проверяя, чтобы грузчики не поцарапали бока техники.

Богдан попытался броситься на амбразуру. Он подбежал к холодильнику, расставив руки.

— Мама, ты меня позоришь! Оксана, скажи, это же абсурд!

Оксана медленно оторвала взгляд от телефона.

— Абсурд, Богданчик, это когда ты берёшь деньги у матери-пенсионерки, чтобы впечатлить женщину, которая сама себе может купить три таких холодильника. Освободи проход! Петровичу тяжело!

Богдан перевёл отчаянный взгляд на Марину.

— Маринка, ну скажи им!

Но лицо Маринки в этот момент претерпело радикальную трансформацию…