Вместо моей новой иномарки отозвалась машина свекрови, а муж тут же исчез за шторами

— Это шутка? — почти прошептал Артём. — Ты добьёшься ареста родного человека только потому, что она повезла рассаду?

— Автомобиль принадлежит мне. Разрешения я не давала, а вы забрали ключи ночью и устроили подмену. Полиция объяснит вам обоим разницу между просьбой и самовольным завладением чужой вещью.

— А как же мы?

— Никак. Можешь пользоваться маминой машиной, ведь, по твоим словам, она вполне исправна. И начинай собирать свои вещи.

Марина вышла из квартиры, вызвала комфортное такси и назвала водителю адрес загородного клуба. На заднем сиденье она впервые за утро позволила себе чуть расслабиться: происходящее было отвратительным, зато теперь ей не приходилось сомневаться, с кем она прожила последние три года.

К тому времени Валентина Олеговна успела отъехать от города примерно на сорок километров и наслаждалась поездкой. Кроссовер шёл по трассе легко и тихо, прохладный воздух из климатической системы обдувал лицо. Светлое пассажирское кресло она превратила в грузовую площадку: поставила туда коробку с перегноем, бросила пакет пирожков и уложила рядом грязный шланг, свёрнутый в три мотка.

Радио играло громко. Свекровь держалась за руль с торжественным видом и время от времени поглядывала на своё отражение в зеркале, любуясь собой за рулём дорогого автомобиля. Она представляла, как эффектно остановится у ворот Тамары, как вытянутся лица соседей и как она небрежно сообщит, что сын дал ей машину, сумев наконец поставить скупую жену на место.

Впереди появился стационарный пост дорожной полиции. Валентина Олеговна немного сбросила скорость, но не обеспокоилась: она считала себя порядочной женщиной и не допускала мысли, что дорогой автомобиль могут остановить. Однако инспектор вышел прямо к полосе и жезлом указал ей на обочину. Недовольно поджав губы, свекровь резко надавила на тормоз. Машина качнулась, шланги рухнули под ноги, а перегной высыпался на чистые коврики…