Я отказалась обслуживать сестру мужа и ушла без скандала, но супруг не ожидал моего ответа

«Это невозможно. Я своими руками положила оригинал в сейф». Юрист ответил очень медленно: «Именно потому, что ты была уверена, что это оригинал, у них было время его подменить». Я повернулась к Даниилу: «Когда ты взял свидетельство?» Он тут же покачал головой: «Я брал только копии». На вопрос об оригинале он ответить не смог.

Его голос был таким сбивчивым, что он почти умолял: «Наташа, в этот раз я не лгу. Я никогда не открывал твой сейф».

Я долго смотрела на него. После всего, что он сделал, его утверждения не имели никакого веса. Валерий шагнул ближе: «Самый быстрый способ — поехать на квартиру и немедленно все проверить». Внезапно Лидия Степановна вцепилась мне в руку: «Не уезжай». Я обернулась, она смотрела на меня, ее губы дрожали.

Я выдернула руку: «Боитесь, что я узнаю что-то еще?» Она покачала головой, но ее глаза метнулись в сторону Марины. Одного этого мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять.

Она не единственная, кто знает правду. Я повернулась к золовке: «Марина, ты когда-нибудь заходила в мой кабинет?» Она вздрогнула: «Нет». «Смотри мне в глаза и отвечай». Марина опустила голову, крепко сжимая ремешок сумки.

«Я заходила только один раз». «Когда?» «Около месяца назад». Даниил рявкнул: «Зачем ты туда заходила?» Марина расплакалась: «Мама велела взять синюю папку». По спине пробежал ледяной холод.

В синей папке лежали документы на квартиру и оригиналы завещаний моих родителей. «Мама дала тебе ключ от сейфа?» «Олег дал». В комнате снова воцарилась тишина.

Я не стала задавать вопросов. Взяла сумку и пошла вниз по лестнице. Даниил побежал за мной: «Я поеду с тобой». «Не нужно». «Наташа, позволь мне хотя бы попытаться это исправить».

Я остановилась на середине лестницы и обернулась к нему: «У тебя было четыре года, чтобы быть мужем. Сейчас мне нужно только одно: не путайся под ногами». Я, Лара, Тарас Юрьевич и Валерий поехали в престижный район. Остап остался сторожить гору документов.

Перед уходом Тарас попросил тетю Зою запереть все двери и не позволять никому прикасаться к сейфу Лидии Степановны. Дождь прекратился, но на дороге все еще стояли лужи.

Желтые огни фонарей, отражающиеся на мокром стекле, дрожали, как и моя душа. В этот момент я попыталась вспомнить, когда в последний раз внимательно рассматривала свидетельство. Наверное, около восьми месяцев назад, когда я обновляла данные для договора аренды. После этого я лишь проверяла наличие папки в сейфе, но не сверяла документы.

В вестибюле девушка на ресепшене узнала меня и встала: «Наталья Андреевна, управляющая компания только что вам звонила». «Что случилось?» «Камеры зафиксировали, что вчера вечером Олег вошел в здание по дополнительной карте жильца».

Я нахмурилась: «Откуда у него карта?» Девушка открыла базу данных: «Карта была выпущена на имя Даниила Павловича три месяца назад».

Я повернулась к мужу, который все же приехал следом, бледный как полотно. «Я не просил карту».

Девушка сказала: «В заявлении стоит ваша подпись». Даниил горько усмехнулся: «Опять поддельная». Никто не ответил. Мы поднялись на нужный этаж.

Дверь в квартиру была заперта, следов взлома не было. Я открыла дверь и прошла прямо в маленькую спальню, которую использовала как кабинет. Сейф находился за картиной на стене.

Внешне ничего подозрительного. Я ввела код, дверца открылась. Синяя папка лежала на своем месте.

Я достала ее и положила на стол. Тарас Юрьевич надел перчатки и осторожно открыл обложку. Свидетельство о собственности лежало внутри.

Розовый бланк с печатями и моим именем. На первый взгляд свидетельство ничем не отличалось от настоящего. Он посветил фонариком телефона на серийный номер, затем проверил края бумаги: «Эта бумага новее, чем дата выдачи свидетельства».

Я спросила: «Вы уверены?» «Пока нельзя сказать точно. Но водяные знаки очень тусклые. И чернила подписи неоднородные». Валерий сравнил его с копией банковского досье. Серийные номера совпадали, но бланк мог оказаться фальшивым.

Я опустилась на стул. Руки были ледяными. «Где сейчас оригинал?» Юрист не успел ответить, как Лара указала в угол стола.

«Наташа, где твоя камера?» Я посмотрела на полку для книг. Маленькой камеры, стоявшей там, не было. Я четко помнила, что установила ее после того, как свекровь самовольно взяла мои вещи из комнаты.

Камера хранила записи в облаке 30 дней. Я немедленно открыла приложение на телефоне. Устройство находилось в автономном режиме уже 26 дней.

Однако старые записи сохранились. Я отмотала к дню отключения. На экране появилась пустая комната, время — 14:17. Примерно через минуту дверь открылась.

Сначала вошла Марина, за ней Олег и мужчина средних лет, которого я никогда раньше не видела. Мужчина был в очках и с металлическим дипломатом. Марина указала на картину.

Олег открыл сейф ключом. Звука не было, но все движения были очевидны. Они вытащили все документы.

Мужчина в очках сфотографировал каждую страницу специальным устройством, а затем положил в сейф другой документ. Олег снял камеру. Но перед тем, как изображение пропало, лицо мужчины средних лет повернулось прямо в объектив.

Валерий Олегович посмотрел на экран, его лицо изменилось: «Это Николай Романович, дядя Олега». Марина, видимо, поехала следом и незаметно вошла в квартиру. Теперь она стояла в дверях.

Увидев видео, Марина опустилась на пол.

«Я не знала, что они подменят документы». Я повернулась к ней: «Ты стояла прямо в комнате».

«Олег сказал, что просто возьмет документы для нотариального заверения копий». «И почему ты не сказала мне?» «Мама сказала, что это дела семьи».

Я посмотрела на нее, и вдруг эта фраза показалась мне пугающей. Дела семьи. Все четыре года они использовали эту фразу, чтобы прикрывать любые свои проступки от оскорблений до обмана и хищений.

Я сохранила видео на три разных устройства и отправила Тарасу. Он сказал: «Этих доказательств достаточно, чтобы привлечь следственные органы». Марина подползла и схватила меня за руку…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇