Я отказалась обслуживать сестру мужа и ушла без скандала, но супруг не ожидал моего ответа
Лидия Степановна уронила телефон. Ее колотило. Тарас спросил: «Где оригинал договора?» Она посмотрела на таз с погасшим огнем: «В бумагах, которые я жгла». Лара тут же в перчатках разгребла пепел. Под обгоревшими краями мы нашли уголок договора с целой печатью.
Там значилось, что Лидия Степановна — новая владелица «Северной звезды». Но дата подписания была пустой. Это означало, что туда можно вписать любое число, сделав ее главой компании ровно в момент совершения преступных сделок.
Даниил посмотрел на мать усталым взглядом: «Ты собиралась идти к нему?» Она плакала: «Если не пойду, он свалит все на меня».
Я сказала: «Он с самого начала собирался это сделать». Она посмотрела на меня. Впервые в ее глазах не было ненависти.
Был лишь неподдельный страх человека, осознавшего, что тот, кому она верила, сделал из нее мишень. Тарас передал материалы полиции, и сотрудники быстро организовали операцию: никто не должен был действовать самовольно.
Встреча на причале должна была выманить Геннадия и подтвердить его роль. Перед уходом Лидия Степановна вдруг схватила меня за руку: «Наташа…» Я остановилась. Она посмотрела на шрам от ожога на моем запястье, ее губы задрожали: «Прости меня». Я не выдернула руку, но и не сжала ее: «После сегодняшнего скажите это всем, чье имущество вы украли, чьи подписи подделали, кому причинили боль. А мне ваши извинения не нужны, чтобы идти дальше».
На улице уже совсем рассвело. Бледный свет придавал старой даче заброшенный вид. Издалека донесся протяжный гудок корабля.
Было около 5:40. Мы прибыли в район морского порта.
Лидия Степановна сидела в машине с подготовленной папкой документов. Я, Даниил, Марина, Тарас и полицейские скрывались за холодильными складами. Ровно в 6:00 возле пирса остановилась серебристая машина, вышел мужчина за шестьдесят, с сединой на висках. В его походке и чертах лица было что-то неуловимо похожее на Марину. Он посмотрел на Лидию Степановну и улыбнулся.
«Ты все-таки пришла?» Она прижала папку к себе. «Ты собираешься меня спасать?» Геннадий подошел ближе. «Сначала отдай бумаги».
Она отступила на шаг. «А как же Марина?» Он холодно ответил: «Ей за тридцать — сама о себе позаботится».
Из своего укрытия я увидела, как лицо свекрови исказилось от боли. Столько лет она отбирала все у других, чтобы защитить дочь. А человек, которого она считала родным отцом Марины, никогда не считал ее своим ребенком.
Она спросила: «Ты же обещал оставить ей имущество?» Геннадий усмехнулся: «Я обещал, чтобы ты согласилась на меня работать».
Как только прозвучали эти слова, Марина вышла из-за машин, по лицу текли слезы. «Тогда кто я?» Геннадий обернулся, его лицо впервые изменилось. Марина смотрела на него.
«Я твоя дочь? Или просто рычаг для управления моей матерью?» Он не ответил. Просто резко вырвал папку у Лидии Степановны и побежал к машине. Но не успел открыть дверь, как его скрутили.
В потасовке его дипломат упал и раскрылся. Десятки печатей, паспортов, пустых бланков разлетелись по мокрому асфальту. Он был арестован на месте…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
