Я отказалась обслуживать сестру мужа и ушла без скандала, но супруг не ожидал моего ответа
А я стояла в нескольких шагах от нее. Я не чувствовала облегчения. Не чувствовала триумфа.
Я видела только членов семьи, которых наконец заставили столкнуться с тем, что они всегда называли мелочами. Когда Тарас стал проверять папку, он обнаружил договор купли-продажи дома в другом городе с подписью Марины. Но она утверждала, что никогда его не подписывала.
Внизу стояла печать все той же нотариальной конторы «Гарант». Юрист посмотрел на нас: «Не только квартира Натальи. Наследство Марины тоже было продано по поддельным документам». Марина побледнела: «Кому продано?» Тарас перелистнул на последнюю страницу, прочитал имя покупателя и поднял голову.
«Покупатель — Даниил Павлович». Все одновременно повернулись к нему. Даниил застыл с широко открытыми глазами.
«Я никогда не покупал этот дом». Я посмотрела на договор, потом на мужа. В груди снова разлился холод.
Если подпись Марины подделана, подпись Даниила тоже могла быть поддельной. Это значило, что за всем этим стоит не только Олег, Николай или свекровь. Кто-то использовал имена всех членов семьи, чтобы собрать все активы в одни руки.
И этот человек все еще оставался в тени. Тарас положил договор на стол и указал на реквизиты стороны, оформлявшей документы. Он попросил всех оставаться на местах.
«Если кто-то действительно использовал имена всей семьи, значит, каждая подпись, каждая печать и каждый перевод были звеньями плана, который готовился очень давно. Это не было спонтанным решением паникующих должников». Даниил взял договор и уставился на подпись со своим именем.
«Это не моя подпись». Марина тут же добавила: «Моя тоже фальшивая».
Лидия Степановна, сидевшая на полу с растрепанными волосами, подняла растерянный взгляд: «Не может быть». Я посмотрела на нее: «Вы когда-нибудь видели этот договор?» Она покачала головой, но тут же осеклась, словно что-то вспомнив: «Один раз Олег принес бумаги». Даниил перебил: «Какие бумаги?» «Он сказал, что нужны ваши подписи для оформления кредита на компанию. И я отдала ему ваши документы». Она сжала руки.
«Я думала, нужны только копии паспортов». Тарас спросил: «Вы подписывали акт приема-передачи?» «Нет». «Кто-нибудь был свидетелем?» Она посмотрела на меня и опустила глаза: «Остап». Это имя снова охладило комнату.
Я вспомнила его слова в деревне. Вспомнила, как он точно знал, где сейф. Как он взял полтора миллиона из страховки моих родителей.
Как Даниил привозил ему документы на мою квартиру. Разрозненные куски пазла стали складываться в пугающую картину. Я спросила: «Где вы передали Олегу документы?» «В доме Остапа». Даниил резко обернулся: «Почему именно в его доме?» Лидия Степановна сглотнула: «Олег сказал, что Остап знаком с людьми, которые помогут быстрее оформить бумаги». Тарас немедленно позвонил коллегам в деревне, попросив перепроверить все изъятые документы, особенно те, что касались дома в другом городе, квартиры в престижном районе, земли за городом и компании «Наталья-Даня-Дизайн», а также сверить номера счетов получателей, потому что тот, кто стоял за всем этим, мог не оформлять имущество на себя, а проводить деньги через цепочку посредников.
Через 10 минут он получил файл. Открыв его на телефоне, Тарас посмотрел на нас: «Деньги от продажи дома в другом городе не поступили на счет Лидии Степановны».
Марина шагнула вперед: «А кому?» «Компании „Северная звезда“». Я никогда не слышала этого названия.
Но Даниил вдруг побледнел. «Это компания дяди Остапа». «Вы уверены?» — спросил Тарас.
«Три года назад он просил меня обновить для них логотип. Но говорил, что компания торгует стройматериалами». Я посмотрела на мужа.
Он опять скрыл это. Он не знал, что эта компания связана с наследством сестры. Он слишком многого не знал.
Он опустил голову. Я больше не хотела спорить. Сейчас было важно не то, сколько он знал, а сколько денег Остап провел через эту компанию и куда их отправил.
Тарас продолжил изучать выписки. С каждой строчкой его лицо становилось все более напряженным. Со счета «Северной звезды» деньги были разделены на четыре транша.
Три миллиона ушли Олегу. Около шести миллионов — на счет Лидии Степановны, почти пять миллионов — в компанию «Наталья-Даня-Дизайн». А остаток был переведен на счет Павла Мироновича.
Даниил замер. «Моему отцу?» «Да». Я вспомнила три сберкнижки в сейфе на сумму два с половиной миллиона, которые свекор тайно собирал, чтобы возместить украденную у меня страховую выплату. Был ли перевод из «Северной звезды» связан с этими сбережениями, еще предстояло установить.
Павел Миронович сохранил квитанции и записи как доказательство, а деньги — чтобы вернуть мне, но боялся заговорить из страха разрушить семью.
Марина спросила: «Значит, все имущество скупил Остап?» Тарас не ответил сразу: «Очень вероятно. Но есть нестыковка». «Какая?» «Если Остап хотел захватить активы, зачем ему переводить часть Олегу, Лидии и Павлу? Это оставляет следы и уменьшает его долю». Я посмотрела на выписку: «Если только ему не нужно было заставить их верить, что это легальные инвестиции или займы». Юрист кивнул: «Или он был лишь координатором».
В этот момент зазвонил телефон свекрови. Она посмотрела на экран и тут же перевернула аппарат экраном вниз. Я узнала эту реакцию.
«Кто звонит?» Лара подошла и ловко выхватила телефон, прежде чем Лидия Степановна успела его спрятать. На экране высветилось имя: Геннадий Леонидович.
Свекровь попыталась вырвать телефон: «Отдай». Марина посмотрела на мать: «Кто такой Геннадий Леонидович?» Та промолчала. И тут Даниил вспомнил: «Это случайно не тот бывший главный бухгалтер из компании отца?»
У моего свекра когда-то была небольшая мастерская, которая позже обанкротилась. В редких рассказах о прошлом он упоминал бухгалтера, который подделал отчетность и сбежал, разорив бизнес. Валерий, все это время стоявший у двери, подал голос.
«Геннадий Леонидович?» Все повернулись к нему. «После работы у Павла Мироновича он стал финансовым директором „Стройинвеста“. Четыре года назад его уволили за создание теневых фондов и вывод денег через фирмы-однодневки».
Тарас указал на название: «Вроде „Северной звезды“». Лидия Степановна вскочила: «Нет».
Ее голос был слишком громким, а отрицание прозвучало как признание. Марина с болью посмотрела на мать: «Как давно ты его знаешь?» Лидия Степановна попятилась к стене.
«Еще до того, как вышла замуж за отца». Даниил стиснул зубы: «Кто он тебе?» Она не ответила.
Я посмотрела на нее и вспомнила ДНК-тест Марины. Вспомнила Илью Антоновича, которого она назвала родным отцом Марины. И у меня возникло новое подозрение.
«Был ли Илья Антонович вообще отцом Марины?» Марина резко повернулась к матери. Та дрожала: «Да».
Я повернулась к Марине: «Почему тогда в тесте ДНК только ты и Даня? Нет образца отца?» Тарас тут же взял копию экспертизы. Я продолжила: «Если целью было получить наследство Ильи Антоновича, нужно было подтвердить родство Марины с ним, а не просто доказать, что вы с Даней не от одного отца».
Лидия Степановна смотрела на нас, бледная как мел. Даниил спросил: «Ты солгала?» Она разрыдалась.
«Тогда мне нужна была бумага, доказывающая, что Марина не дочь Павла». «Зачем?» Она закрыла глаза и осела на стул: «Этого требовал Геннадий».
В комнате повисла тишина. Марина спросила сквозь всхлипы: «Мой настоящий отец — Геннадий?» Лидия Степановна не ответила.
Но ее молчание сказало все. Даниил отвернулся, опираясь на стену. Марина стояла неподвижно, словно лишившись всех сил.
Свекровь заговорила сквозь слезы: «Он сказал, что, если я помогу перевести активы и оформлю все на родственников, он закроет долги Олега, выкупит землю, сохранит в тайне происхождение Марины и оставит ей деньги». Меня обдало холодом.
«Поэтому ты отдала ему все наши документы?» «Я не знала, что он собирался забрать все». «Ты знала, что он подделывал счета? Свекр потерял мастерскую из-за него. И спустя столько лет ты продолжала верить этому человеку? Или, точнее, ты никогда с ним не расставалась?» Телефон зазвонил снова. Тарас велел ей включить громкую связь. Она долго колебалась.
Но ответила. Раздался спокойный мужской бас: «Где ты?» Она смотрела на нас и молчала.
Мужчина продолжил: «Документы украли, это не страшно. Но ты должна принести оригинал договора на причал до шести утра».
Тарас знаками показал ей тянуть время. Лидия Степановна дрожащим голосом спросила: «Какого договора?» «Не притворяйся. Договора о передаче всех акций „Северной звезды“ на твое имя». Все замерли. Голос мужчины звучал ровно: «Ты его уже подписала. Если он попадет в чужие руки, все долги, поддельные бумаги и украденное имущество будут числиться за тобой». Я посмотрела на свекровь.
Она не просто собирала для него документы. Ее изначально готовили на роль козла отпущения. Мужчина на том конце провода продолжил: «Приходи одна. Иначе я отправлю все следствию и скажу, что организатором была ты». Звонок оборвался…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
