«Я ухожу от тебя», — как ни в чём не бывало произнёс муж за завтраком, оставив Люду с тремя детьми в съёмной квартире

За дверью стоял Богдан. Он заметил свет и решил узнать, почему она не спит. После рейсов его самого часто мучила бессонница, поэтому он предложил спуститься на кухню и выпить чаю.

Они двигались почти бесшумно, чтобы не разбудить детей и Елену Савельевну. Богдан поставил чайник, достал чашки и спросил, тревожит ли Оксану завтрашняя встреча. Услышав осторожное «немного», предложил отвезти её к кафе.

— Спасибо, но я должна справиться сама.

— Хорошо. Только позвоните, если понадобится помощь. Я приеду.

Оксана не удержалась и спросила, зачем ему чужие заботы. Они знакомы совсем недавно, а он уже поддерживает её так, как не поддерживали многие близкие. Богдан долго разглядывал свои большие загорелые ладони, покрытые мозолями от тяжёлой работы.

Когда отец ушёл из семьи, Богдану было десять. Мать трудилась на трёх работах, чтобы прокормить его и сестру. Девушка умерла от болезни в двадцать лет, но до этого оба ребёнка много ночей слышали, как Елена Савельевна плачет, думая, что они спят. Богдан был слишком мал и ничего не мог изменить.

— Вы сильная, Оксана. Но сила не обязывает человека тащить всё в одиночку. Иногда можно опереться на того, кто оказался рядом.

Их взгляды встретились, и внутри у неё дрогнуло чувство, которое она давно считала умершим. Оксана поблагодарила его, назвав по имени и отчеству. Богдан улыбнулся и попросил обращаться к нему просто по имени. Она в ответ разрешила забыть об официальной «Оксане Андреевне».

На следующий день Оксана пришла в кафе на пятнадцать минут раньше, выбрала столик у стены и заказала чай. Вадим опоздал на двадцать минут и даже не извинился. Он почти не изменился: аккуратная причёска, деловой костюм, серые глаза. Только тени под ними стали глубже, а возле рта прибавилось складок.

— Неплохо выглядишь, — сказал он вместо приветствия.

Оксана поблагодарила и попросила сразу перейти к делу. Вадим недовольно поморщился, постучал пальцами по столу — когда-то эта привычка казалась ей милой — и заявил, что хочет чаще видеться с детьми.

— Я никогда тебе не запрещала. Приезжай, когда договоримся.

— Я хочу забирать их на выходные к нам с Вероникой.

Имя незнакомой женщины заставило Оксану похолодеть. Вадим после небольшой заминки назвал Веронику своей спутницей и признался, что они живут вместе три месяца. Значит, съехались спустя месяц после его ухода — или отношения начались намного раньше. За завтраком он солгал, глядя жене в глаза.

— Ты всё-таки ушёл к ней.

— Я ушёл от тебя. Мы познакомились раньше, это правда, но решение принял не из-за неё. Я устал от быта, рутины и твоего вечного недовольства.

Вадим говорил так, будто жертвой был он. Напомнил, что жена постоянно хотела то своё жильё, то машину, то поездку, а он один работал, чтобы содержать семью. Оксана смотрела на человека, с которым прожила тринадцать лет, и впервые ясно видела незнакомца.

— Мне нужны были не покупки, — сказала она. — Я хотела, чтобы ты разговаривал со мной, был рядом и хотя бы замечал меня.

Вадим закатил глаза и оборвал «старые разговоры». Вероника хотела познакомиться с детьми, а он намеревался забирать их с ночёвкой. Оксана твёрдо отказала.

— Они не будут ночевать у женщины, которую ни разу не видели.

— Она не чужая. Теперь это моя семья.

— Три месяца совместной жизни ещё не делают вас семьёй. Пусть пройдёт время, дети привыкнут, а ваши отношения станут устойчивыми. Тогда вернёмся к разговору.

Лицо Вадима побагровело. Он пригрозил обратиться в суд, но Оксана спокойно ответила, что это его право. Некоторое время они молча смотрели друг на друга — двое посторонних, когда-то обещавших прожить вместе всю жизнь.

— Ты стала другой, — наконец сказал он. — Жёстче. Сильнее.

В его глазах мелькнуло то ли уважение, то ли растерянность. Прежняя Оксана не спорила и не произносила слово «нет». Вадим достал телефон и добавил, что мать рассказала о каком-то моряке, живущем с его детьми под одной крышей.

— Это не касается тебя.

— Ещё как касается. Рядом с моими детьми находится посторонний мужчина.

— Они живут в доме Елены Савельевны и её сына. Этот «посторонний» за четыре месяца уделил им больше внимания, чем родной отец.

Губы Вадима превратились в тонкую линию. Он наклонился через стол и негромко предупредил: если узнает, что между Оксаной и моряком происходит нечто неподобающее, она пожалеет…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇