Я вернулась домой из-за болезни и случайно увидела поступок мужа, который должен был остаться тайной

После обеда снова позвонила Алла. Уверенности в ее голосе не осталось совсем.

— Он у меня.

— Руслан?

— Да. Пришел час назад. Сначала просил пустить, потом сказал, что я обязана помочь. Он уверен, что вы все отобрали. Если я сейчас откажу, он не уйдет.

— Уходите к соседям, если боитесь.

— Я уже боюсь.

На заднем фоне хлопнула дверь.

— Алла! — донесся мужской голос. — С кем говоришь?

Она перешла на шепот:

— Он просит деньги. Говорит, ему надо уехать. Я не дам.

Наталья услышала Руслана:

— Скажи ей, что любишь меня. Скажи, что мы были вместе в тот день.

— Нет, — ответила Алла уже не в трубку.

— Ты же хотела быть моей женой.

— Живой, Руслан. Не вместо мертвой.

Тишина стала тяжелой. Потом что-то стукнуло.

— Он ударил по шкафу, — прошептала Алла. — Я включила запись.

— Уходите сейчас.

Позже, уже вечером, Алла сама пришла к Наталье. В сером пальто, без прежнего блеска. В руках держала флешку и телефон.

— Здесь разговор. И сообщения. Пусть ваш адвокат заберет.

— Почему лично?

— Хотела увидеть, что вы живы.

Алла не вошла сразу. Посмотрела на гостиную, на диван, на одеяло.

— Он говорил, вы живете как чужие.

— Предательству часто нужна декорация.

Наталья взяла флешку.

— Вам придется дать показания.

— Дам. Через адвоката.

Алла вдруг заплакала — тихо, некрасиво, как плачут не от раскаяния, а от разрушенной картины мира.

— Он обещал мне дом. Я думала, вы мешаете счастью. А оказалось, я ждала, когда освободят место.

Наталья не стала ее утешать.

— Уходите. И не открывайте Руслану.

Алла кивнула и ушла.

Вечером позвонила Лариса.

— Я у Лады. Детей приняли. Павел ищет меня. Мама кричит про предательство.

— Ты в безопасности?

— Пока да. Наташа, если я промолчу, Катя вырастет и решит, что ради бедности можно желать смерти другой женщине.

— Что ты хочешь сделать?

— Рассказать все. Про разговоры мамы, про квартиру, про то, как она говорила: Наташа все равно одна. Я не знала про флакон, но слышала достаточно.

— Вера Аркадьевна поможет оформить правильно.

— Нет. Пусть следователь сам вызывает. Я не хочу выглядеть так, будто ты купила меня помощью детям.

В этих словах впервые прозвучала не просительница, а мать. Поздно ночью Руслан вернулся. Он не звонил. Просто сел на лестнице у двери. Наталья услышала шорох, потом его голос…