Знакомые не понимали, почему она ухаживает за богатым мужчиной, пока обычная процедура не открыла странную тайну

Следующие дни превратились в осторожную борьбу. Оксана приглушала свет, задергивала шторы и оставляла аппараты работать так, будто состояние Данила не изменилось. Перед коллегами она оставалась той же слишком заботливой медсестрой, над которой удобно смеяться. Когда в палату заходили другие, Данило снова становился неподвижным, а Оксана говорила ровным дежурным голосом. Это прикрытие помогало: никто не искал за ее поведением тайного смысла.

Ранним утром, когда коридоры пустели, Данило учился заново подчинять себе тело. Сначала он мог только чуть поднять пальцы, потом удерживал руку на простыне, позже, опираясь на Оксану, пытался сесть. Каждое движение давалось болью и слабостью: мышцы дрожали, дыхание сбивалось, лицо покрывалось испариной. Но в его взгляде уже не было прежней беспомощности. Его держали гнев, жажда жизни и желание добиться справедливости.

Оксана продолжала собирать доказательства. Флакон и анализ были важны, но им нужна была связь с Ларисой и Богданом. Однажды Данило, уже способный говорить коротким шепотом, вспомнил о домашней системе видеонаблюдения. Перед аварией он установил новую охранную систему, а записи сохранялись на внешнем сервере. Если в тот вечер в доме происходило что-то важное, оно могло уцелеть.

С помощью Оксаны Данило связался со старым другом, специалистом по цифровой безопасности, которому доверял. Объяснять пришлось кратко: он жив, но это должно остаться тайной; нужен доступ к архиву. Через несколько часов нужный файл был найден. На записи из гаража Богдан и Лариса спорили у машины Данила.

Запись не оставляла места сомнениям. Богдан говорил, что брат мешает его планам расширить контроль над семейными активами. Лариса холодно отвечала, что авария решит сразу все проблемы. Затем они обсуждали тормоза и мокрую дорогу, рассчитывая, что Данило не выживет. Оксана смотрела на экран, чувствуя ледяную волну внутри. Данило молчал, но сжатая челюсть говорила больше любых слов.

Теперь у них было главное доказательство. Оксана сделала копии записи, спрятала лабораторное заключение отдельно и каждую мелочь проверяла дважды. Но просто передать материалы было опасно: влияние Богдана и Ларисы могло задержать дело, а их подозрения стоили бы Данилу жизни. Правда должна была прозвучать публично, так, чтобы ее уже нельзя было спрятать…