«Вы просто выполните условия контракта»: роковая ошибка бизнесмена, не знавшего, какую тайну скрывают результаты анализов

У меня нет детей, — сказал он ровно.

— Это не трагедия и не жалоба, просто факт. Несколько лет назад я принял решение найти суррогатную мать, но все официальные каналы… — он чуть поморщился, — требуют времени, документов, проверок.

— Месяцами. Иногда годами. А вы сейчас находитесь в ситуации, когда вам нужна помощь.

— Настоящая помощь, не сочувствие. — Он посмотрел ей в глаза. — Я предлагаю договор.

— Вы вынашиваете ребёнка. Живёте в моём доме, там есть все условия, врачи, покой. После родов ребёнок остаётся со мной.

— Вы получаете пять миллионов. Всё официально, с юридическим договором, с вашей полной защитой.

Тишина в коридоре вдруг стала очень громкой.

Аня смотрела на него долго. Считала что-то внутри, не деньги, нет. Что-то другое.

Взвешивала. Искала подвох. В её жизни подвох был почти всегда.

— А если я откажусь от ребёнка после родов, это законно? — спросила она наконец.

— Абсолютно, — ответил он. — Для этого и существует договор суррогатного материнства.

— Зачем вам именно я? — спросила она. — Вы меня не знаете.

— Я знаю достаточно, — сказал он.

— Я знаю, что вы сидите здесь одна. И что вы не хотите того, зачем пришли. Это видно.

Она снова замолчала. Смотрела на него. Искала в его лице что-то фальшивое, что-то, что выдало бы ложь.

Не нашла.

— Хорошо, — сказала она наконец, и голос у неё был ровным. Почти удивительно ровным для человека, у которого только что перевернулась жизнь.

— Я согласна. Покажите договор.

Он достал из внутреннего кармана пиджака сложенные листы.

Плотная бумага, мелкий шрифт, синяя печать.

— Я подготовил его заранее, — сказал он. — На случай, если вы согласитесь.

— Вы были уверены?

— Нет, — ответил он просто. — Просто привык быть готовым.

Аня взяла листы. Читала долго, внимательно, строчку за строчкой. Мужчина рядом не торопил, просто ждал.

Через 20 минут она взяла ручку, которую он молча протянул, и поставила подпись. Следующие четыре недели Аня прожила в привычном ритме. Работа, съёмная комната, макароны с маслом.

Только теперь в её жизни появилось кое-что новое. Раз в неделю она приходила в клинику Дорина на осмотр к гинекологу Елене Сергеевне, женщине лет пятидесяти. У неё были коротко стриженные седые волосы и манера говорить сухо, но по делу.

Елена Сергеевна осматривала её, задавала вопросы, выписывала витамины. Она смотрела поверх очков с видом человека, который видел всякое и удивляться давно разучился. Максим Дорин на этих осмотрах не присутствовал.

Он вообще с момента подписания договора не появлялся, только на следующий день после встречи в коридоре прислал короткое сообщение. «Первое УЗИ через месяц. Елена Сергеевна предупреждена. Если что-то нужно, пишите на этот номер».

И всё. Никаких звонков, никаких вопросов. Аня и не ждала.

Она вообще старалась не думать о Дорине больше, чем требовали обстоятельства. Договор был подписан, обязательства были чёткими, роли распределены. Это был деловой договор, а не что-то иное.

Она повторяла себе это каждое утро, пока чистила зубы и смотрела в зеркало на своё отражение. Оно медленно, но заметно менялось. Токсикоз ударил на третьей неделе.

Не мягко и постепенно, а сразу, резко, безжалостно. Так, что по утрам она едва добиралась до раковины. На работе она объясняла бледность отравлением, списывала слабость на смену погоды.

Коллеги не особо приглядывались, у каждого хватало своих забот. Витамины, которые выписала Елена Сергеевна, стоили денег. Аня считала каждую копейку.

До аванса оставалось полторы недели. В кошельке лежало 800 единиц мелочью. Она купила самое необходимое и не купила то, что казалось менее срочным.

Ничего, справлялась. В пятницу, ровно через месяц после подписания договора, в 8:50 утра она вошла в клинику. На этот раз её встретили иначе.

Девушка на ресепшене сразу кивнула, назвала по имени и проводила не в общий коридор ожидания, а в отдельный кабинет на третьем этаже. Там было чисто, светло, пахло чем-то нейтральным и приятным. На кушетке лежало свежее белье.

Максим появился через несколько минут после неё. Вошел без стука, точнее постучал и сразу открыл, не дожидаясь ответа, что Аню слегка задело. Он был в костюме, снова тёмном, снова безупречном.

Коротко кивнул ей.

— Как самочувствие?