Катя пришла на новую работу с одним паспортом в руках, не подозревая, что этот дом хранит её тайну
В четверг вечером из клиники позвонили. Марта была на кухне и мыла посуду после ужина. Она услышала голос Николая в кабинете, но слов разобрать не смогла. Разговор длился меньше минуты. Потом наступила тишина. Затем в коридоре послышались шаги.
Николай вошёл на кухню. За ним почти сразу появилась София — видно, тоже ждала звонка и услышала движение.
Он остановился в дверях.
— Результат пришёл.
Марта выключила воду. Руки остались мокрыми, но она не потянулась за полотенцем.
— И? — спросила София, едва дыша.
Николай смотрел на Марту.
— Родство по отцовской линии подтверждено. Вероятность — практически абсолютная. Это официальный результат.
Он сделал шаг, но остановился, не сокращая расстояние слишком резко.
— Ты моя дочь, Марта.
На кухне стало тихо. Не пусто — наоборот, слишком полно. Будто все звуки дома на мгновение отошли в сторону, оставив только эти слова.
Марта стояла у раковины и чувствовала, как внутри медленно распрямляется что-то сжатое, долгое время не имевшее места. Не буря, не крик, не внезапное счастье. Скорее простая, тяжёлая правда: вот оно. Вот ответ. Вот почему портрет смотрел так знакомо. Вот почему София была похожа на отражение. Вот почему отчество всю жизнь звучало не случайно.
София закрыла рот ладонями, потом опустила руки и коротко засмеялась — так смеются, когда смех стоит совсем рядом со слезами.
— Я знала, — сказала она. — Я в тот день сразу знала.
Николай не бросился обнимать Марту. Он стоял в метре от неё и смотрел внимательно, почти осторожно.
— Что тебе сейчас нужно? — спросил он. — Говори прямо. Всё, что могу, сделаю.
Марта несколько секунд собирала мысли.
— Мне нужно, чтобы это было оформлено. Официально. В документах. Чтобы у меня был отец не только в анализе.
— Будет. Я завтра же свяжусь с юристом.
— И мне нужны деньги на учёбу, — сказала она. — Но не подарок. Заём. Я верну.
— Нет, — твёрдо сказал Николай. — Это не заём. Это мой долг перед тобой.
— Я сказала заём, — так же твёрдо повторила Марта.
Он посмотрел на неё, и впервые за всё время в его глазах появилась слабая, почти болезненная улыбка.
— Характер есть.
— Это семейное, — сказала София тихо…
