Муж вернулся домой под утро после ночи у любовницы, но в спальне его ждало неожиданное открытие

Поиски заняли три дня. Марта, когда хотела, становилась настойчивой до упрямства. Она просматривала социальные сети, искала людей с фамилией Олеси, писала осторожные сообщения, сопоставляла фотографии, старые отметки, места работы. Оксана сначала только наблюдала, потом тоже включилась, хотя каждое новое совпадение заставляло сердце биться быстрее.

Дарина нашлась в том же городе, где все эти годы жили они. Работала медсестрой в местной больнице, в отделении реанимации. Эта деталь ударила особенно странно: именно в той больнице недавно умерла Валентина Ивановна. Судьба иногда складывает людей рядом так близко, что становится страшно от слепоты, с которой они проходят мимо друг друга.

— Не замужем, — сообщила Марта, сидя за кухонным столом с телефоном. — Фотографий мало. В основном работа, какие-то медицинские мероприятия и рыжий кот. Кота зовут Барсик.

Оксана наклонилась к экрану. На фотографии была молодая женщина с собранными в хвост волосами и прямым взглядом. В её лице угадывался Роман: серые глаза, упрямая линия подбородка. Но не было той скользкой лёгкости, которой он пользовался как оружием. У Дарины лицо было открытое, жёсткое, рано повзрослевшее.

— Красивая, — тихо сказала Ганна, заглянув через плечо. — И глаза честные.

Марта написала коротко: «Здравствуйте. Меня зовут Марта. Возможно, мы родственницы. Я узнала о вас недавно и хотела бы поговорить, если вы готовы».

Ответа не было шесть часов. За это время Оксана успела приготовить ужин, не почувствовав вкуса еды, Ганна трижды переставляла чашки в шкафу, а Марта проверяла телефон каждые две минуты.

Сообщение пришло вечером.

«Я знаю, кто вы. И знаю, кто ваш отец. Если хотите извиниться за него — не надо. Если хотите познакомиться сами, без него, можем встретиться. Завтра в три. Кафе “Ромашка” на центральной улице».

Марта перечитала вслух и замолчала.

— Она знала.

— Дети обычно знают больше, чем взрослые думают, — сказала Ганна. — Даже когда им говорят половину правды, вторую половину они чувствуют кожей.

На следующий день Оксана и Марта пришли в кафе заранее. «Ромашка» оказалось маленьким заведением с клетчатыми скатертями, запахом свежей выпечки и окнами, выходящими на мокрую улицу. Они заняли столик у окна и почти не разговаривали.

Дарина вошла ровно в три. Высокая, худощавая, в простом сером пальто, без косметики, с собранными волосами. Она сразу увидела их, подошла и села напротив.

— Вы Марта, — сказала она. Потом посмотрела на Оксану. — А вы его жена.

— Уже почти бывшая, — ответила Оксана.

В глазах Дарины мелькнуло что-то похожее не на злорадство, а на усталое понимание.

— Значит, он и с вами не был честен.

— Да, — сказала Оксана. — И со мной тоже.

Официантка принесла меню. Никто его не открыл. Заказали чай — три чашки, будто горячая вода с листьями могла помочь людям, которых связывала одна длинная ложь…