Мужчина купил списанный грузовик на последние деньги. Сюрприз в бензобаке, который навсегда изменил его жизнь

Он будет искать следы, и следующая схватка будет уже не в лесу и не в гаражах. Она пройдет в информационном поле, где одно нажатие кнопки может быть смертоноснее выстрела снайпера. Но чтобы нажать эту кнопку, им нужно было выжить еще хотя бы час.

Фургон, который Инженер называл своим запасным аэродромом, оказался старым ржавым микроавтобусом. Он врос колесами в землю на заброшенной просеке в километре от гаражей. Снаружи он выглядел как груда металлолома, но внутри это была настоящая капсула выживания.

Стены были утеплены пенопластом и обшиты фольгой для экранирования сигнала. Питание обеспечивали несколько мощных аккумуляторов, спрятанных под сидениями. Инженер дрожащими от холода и адреналина руками включил тумблеры.

Загудели кулеры, засветились мониторы, отбрасывая призрачный голубой свет на изможденные лица беглецов. В этом тесном пространстве пахло сыростью, старой электроникой и страхом. Виктор занял позицию у задних дверей, приоткрыв створку ровно настолько, чтобы видеть подход к машине.

Он положил рядом с собой монтировку, единственное оружие, которое у них осталось. Он понимал, что если их найдут здесь, шансов в открытом бою у них не будет. Вся надежда была на то, что Глеб потратит время на тушение пожара в гаражах.

Инженер подключил сканер и начал оцифровку документов. Листы с печатями офшоров и схемами откатов проходили через сканер с монотонным жужжанием. В тишине леса оно казалось оглушительно громким.

Каждая страница была гвоздем в крышку гроба империи Воронова, но процесс шел мучительно медленно. Инженер объяснил Виктору план: они не просто выложат документы в сеть, где их могут удалить. Он настроил схему мертвой руки.

Файлы загружались на защищенные сервера в трех разных юрисдикциях, недосягаемых для государственных силовиков. Ссылки на скачивание были запрограммированы на отправку в редакции СМИ. Пробный пакет с самыми убойными документами уже улетел на сервер приемной директора спецслужбы в момент подключения.

Если Виктор и Инженер не введут специальный код отмены в течение 12 часов, механизм сработает и информация станет публичной. Это была их страховка. Если Глеб поймет, что убийство беглецов приведет к немедленному сливу компромата, у них появится предмет для торга.

Инженер запустил спутниковый терминал, и на экране появилась полоска прогресса загрузки. Интернет был медленным, нестабильным, пакеты данных уходили в черное небо рывками. «Двадцать процентов, тридцать», — шептал Инженер, гипнотизируя экран.

Тем временем у горящих гаражей Глеб стоял, скрестив руки на груди. Огонь уничтожил все внутри, но профессиональное чутье подсказывало начальнику безопасности, что это слишком просто. Когда пожарные сбили пламя, Глеб лично зашел в дымящиеся руины.

Он не искал тела: при такой температуре от них мало что осталось бы за столь короткое время. Но он искал следы. Открыв люк в подвал, Глеб увидел пустой лаз и следы в пыли.

«Ушли», — констатировал он холодно, выбираясь наружу. «Крысы ушли через канализацию». Он не стал кричать или наказывать своих людей за промедление, эмоции только мешали.

Глеб вернулся к машине и достал из кейса тяжелый квадрокоптер с тепловизионной камерой. Это была военная модель, способная видеть тепловое излучение человека сквозь кроны деревьев с высоты птичьего полета. Глеб понимал, что беглецы не могли уйти далеко пешком.

Дрон взмыл в ночное небо с тихим жужжанием, почти неразличимым на фоне шума ветра. Глеб смотрел на экран планшета, где мир превратился в черно-белую карту с яркими пятнами тепла. Он методично сканировал квадрат за квадратом.

Через десять минут полета в глубине чащи камера засекла странную аномалию. Это был прямоугольный объект, излучающий слабое, но стабильное тепло. Нагретый металл кузова, внутри которого работала аппаратура или находились люди.

Глеб увеличил изображение, контуры микроавтобуса проступили четко. «Есть контакт», — произнес он в рацию. «Объект стационарный, работаем на захват, брать живыми».

Группа зачистки, пять профессионалов, бесшумно двинулась в лес, ориентируясь по координатам дрона. В фургоне Инженер внезапно замер и поднял палец вверх, призывая к тишине. Снаружи, высоко в небе, слышалось едва уловимое жужжание.

«Дрон! Нас нашли», — одними губами произнес Инженер. Виктор выглянул в щель: в небе ничего не было видно, но он знал, что современные «птички» видят все. Полоска загрузки на экране застыла на отметке 78%.

Оставалось еще минут пять, не меньше. Пять минут, которые отделяли их от спасения или гибели. Виктор понял, что бежать прямо сейчас нельзя, если они прервут загрузку, все было зря.

Он приказал Инженеру не отрываться от экрана и молиться на скорость соединения. Сам Виктор начал готовиться к встрече гостей. Он понимал, что штурмовать железную коробку в лоб спецназ не будет.

Они забросают их светошумовыми гранатами или газом через окна. Значит, нужно не дать им подойти на дистанцию броска. Виктор выскользнул из фургона, стараясь двигаться под прикрытием корпуса.

Лес вокруг казался вымершим, но это была обманчивая тишина. Виктор знал, что у них есть приборы ночного видения, поэтому прятаться за тонкими кустами было бессмысленно. Рядом с фургоном в куче мусора валялись старые покрышки.

Виктор облил одну из них остатками масла и поджег. Густой черный дым и яркое пламя вспыхнули мгновенно. Во-первых, огонь слепил тепловизоры и приборы ночного видения, создавая тепловую завесу…