На вокзале девочка вернула мне кошелёк и дала странный совет, который я всё же решила проверить.

— Сначала туда, где у меня презентация. Я все равно должна попытаться сохранить работу. Объясню, что задержалась из-за непредвиденных обстоятельств. Потом займусь разводом дистанционно. Адвокат уже в курсе. Запись разговора я передам полиции, чтобы Назар понял: у меня есть защита. Возможно, одного этого будет мало для серьезного наказания, но достаточно, чтобы он не решился подойти близко.

— А я? — тихо спросила Соломия.

Марина повернулась к ней.

— А для тебя я найду законный способ получить помощь. Временную опеку, социальную службу, документы — все, что нужно. Ты больше не будешь спать на чердаке. Не сегодня, не завтра, никогда.

Девочка смотрела в иллюминатор. Под крылом уходил вниз город: мокрые крыши, серые дороги, двор, где остался Назар, мост, на котором началась их странная встреча.

— А если он нас найдет?

— Не найдет, — сказала Марина. — Мы будем осторожны. И у нас будет место, куда можно возвращаться без страха.

Она протянула руку. Соломия после короткой паузы вложила в нее свои тонкие пальцы.

Самолет набрал высоту. Земля отдалялась, превращаясь в неясный рисунок под облаками. Марина закрыла глаза и впервые за долгое время вдохнула полной грудью. Она не знала, какой будет следующая неделя, сколько сил заберут суды, объяснения, звонки адвоката и попытки оформить для Соломии нормальную жизнь. Но это незнание уже не пугало так, как прежняя определенность, в которой Назар заранее расписал ее поражение. Позади оставались ложь, расчет и темная комната под кроватью. Впереди не было ясности, но было небо — ровное, светлое, свободное от вчерашней тяжести.