Он нашёл невесту в лесу едва живой… А её первые слова разоблачили страшную тайну

— Тарас, слушай внимательно. По окурку есть слюна, помада. Нам было с чем сравнить. Оксана Гриценко несколько лет назад сдавала биоматериал как свидетель по делу о нападении на их усадьбу.

— Совпало?

— Полностью. Это ее сигарета. Она была там, где ты нашел Дарину.

Тарас положил телефон и посмотрел на девушку.

— Доказательство есть.

— Какое?

— Такое, от которого не отмахнешься просто словами.

Дарина закрыла глаза. На ее лице не было облегчения. Только усталость человека, который понял, что правда теперь начнет болеть громче.

На следующее утро Василь позвонил сам, злой до хрипа. Юрист Гриценко уже узнал об экспертизе и заявил: найденный через сутки после событий окурок ничего не доказывает. Оксана якобы часто гуляла в тех местах. Улика спорная, защита ее разнесет.

— Они все знают, — сказал Василь. — Кто-то из отдела слил. У Семена руки длинные.

— Варвара?

— Официально она ничего не писала. Защитить я ее не могу.

Тарас сразу набрал Варвару. Длинные гудки ушли в пустоту. Женщина не отвечала. Через двадцать минут он уже был у ее дома. Ставни закрыты, во дворе пусто. Соседи шепотом сказали: уехала рано утром к сестре в большой город. На месяц.

Тарас стоял у калитки и чувствовал, как холодная злость снова сжимает грудь. Оксане хватило нескольких часов, чтобы запугать единственного свидетеля.

Когда он вернулся к сторожке, у ворот стояла серебристая машина. Рядом прохаживался гладкий мужчина в дорогом сером костюме, совершенно чужой среди сосен и сырой земли.

— Тарас Гнатович? Я представляю интересы семьи Гриценко. Моя доверительница предлагает решить ситуацию без шума.

— Как?

— Дарина уезжает из округа. Навсегда. Взамен получает очень достойную компенсацию. Достаточную, чтобы начать новую жизнь.

Он протянул визитку. Тарас не взял.

— Убирайся.

— Вы понимаете, с кем связываетесь? Вы всего лишь смотритель.

— Вот пока я всего лишь смотритель, ты еще можешь уйти сам.

Юрист сел в машину, но перед тем, как захлопнуть дверь, бросил взгляд холодный, расчетливый, запоминающий.

Дарина стояла у окна и слышала каждое слово.

— Они хотят меня купить.

— Да.

— Если я соглашусь, она останется чистой.

— Скорее всего. Варвара исчезла. Окурок будут ломать в суде. Без твоего заявления все развалится.

Дарина села, сжала пальцы в кулаки.

— Я не уеду. Она не выбросит меня из жизни, как ненужную вещь.

Тарас посмотрел на нее с новым, тихим уважением. В первую ночь она казалась хрупкой, почти исчезающей. Теперь под страхом проступило железо.

— Тогда нужно то, что она не сможет опровергнуть. Что-то еще.

Дарина прикусила губу.

— В лесу… когда она везла меня, я уже немного слышала. Она думала, я без сознания. Говорила то ли себе, то ли мне. Сказала: «Я уже однажды так делала. Тогда получилось. Получится и теперь. Такие девки исчезают тихо, если не оставить им выбора».

Тарас перестал подкладывать дрова и медленно выпрямился.

— Уже однажды, — повторил он.

Эти слова не могли относиться к Дарине. Значит, до нее была другая. Та, кто тоже мешала планам Оксаны Гриценко и исчезла так, что никто не сумел вернуть ее обратно…