Он считал меня беспомощной и бедной, пока моё исчезновение не заставило его паниковать

— Время вышло, — сказал охранник.

Романа вывели из дома в той одежде, в которой он был: домашние брюки, помятая футболка, тапочки. Он видел, как эвакуатор увозит машину, как на дверь вешают цепь и печать, как люди за забором украдкой смотрят в его сторону.

Через три дня после своего торжества он остался на горячем тротуаре без денег, без дома, без машины и без женщины, ради которой разрушил брак.

Некоторое время он брёл почти вслепую, пока улицы не вывели его к деловому кварталу. Там, напротив стеклянного небоскрёба с буквами «МЛ» на фасаде, в панике мозг наконец зацепился только за одно имя. Марьяна.

Он нашёл в кармане старый телефон, с трудом разблокировал потускневший экран и нажал на контакт «Марьяна, жена». Гудок прошёл один раз, второй, третий.

Потом связь открылась, и в трубке прозвучал спокойный женский голос…