Я с ухмылкой распахнул дверь их комнаты. Неожиданная развязка одной очень циничной свадьбы
Все смеялись, отправив на первую брачную ночь восьмидесятилетнего старика с восемнадцатилетней в спальню. «Ну, дед, даёшь!» Но, вскрыв дверь утром, родня поседела. Хохот стоял такой, что хрустальные бокалы на столе звенели. «Ну, дед, даёшь!»...