После прощания с тяжело больной женой мужчина случайно услышал разговор медсестёр, который заставил его вскочить с места

В десять он поднялся в палату. Ирина лежала с закрытыми глазами, но не спала.

Он знал по дыханию. Она открыла глаза, когда он сел на стул у кровати.

— Ты рано сегодня.

— Пораньше выбрался.

Она чуть улыбнулась. Бледная, похудевшая — три месяца в больнице делают с человеком своё дело.

Николай смотрел на неё и думал: «Я знал тебя двенадцать лет. Что я вообще знал?»

— Как ты? — спросил он терпеливо.

— Олег Викторович говорит, что следующий курс нужно начать не позже чем через две недели.

— Сколько?

— Он позвонит тебе. Там снова немало.

Она отвела взгляд к окну. Николай смотрел на её профиль.

Думал о среде. О кожаной куртке. О счёте, где чужой берёт 45 тысяч за визит, которого не было.

— Хорошо, — сказал он. — Подождём звонка.

Голос вышел ровным.

Это удивило его самого. Он пробыл ещё час. Читал ей вслух.

Она просила. Он приносил книги. Детективы, как ни странно.

Она всегда любила детективы. Он читал и думал о том, что лучший детектив сейчас — это он сам, сидящий у её кровати, с книгой в руках и ровным голосом. Уходя, он не обернулся.

В следующую среду он не поехал в банк. Позвонил с утра, перенёс встречу на пятницу, сослался на недомогание. Менеджер Наталья Олеговна сочувственно отозвалась в трубке.

Николай положил телефон и подумал, что это первая ложь за всё это время. Небольшая. Рабочая.

В 11 он был у больницы. Не у главного входа, у служебного, сбоку, где курят санитары и стоят синие мусорные контейнеры. Отсюда видна парковка и оба входа.

Он встал так, чтобы его не было видно от ворот, и стал ждать. Без кофе. Забыл купить.

Стоял просто так. Телефон завибрировал в 11 часов 57 минут. Марина.

«Выходит. Сегодня в серой куртке, не в кожаной. Высокий, короткие тёмные волосы, лет тридцать пять — тридцать восемь. Идёт от главного входа к парковке».

Николай шагнул чуть вперёд. Мужчина вышел через стеклянные двери и остановился на крыльце, достал телефон, что-то проверил.

Потом сбежал по ступенькам к парковке. Николай смотрел на него. Сорок метров между ними, хорошая видимость.

Он знал это лицо. Не сразу, секунды три, пока мужчина шёл к машине. Потом что-то щёлкнуло в памяти: вне привычного контекста лицо узнавалось не сразу.

Игорь Савченко. Иринин одноклассник. Они виделись на её сорокалетие.

Три года назад была шумная вечеринка в кафе в центре. Савченко тогда пришёл с какой-то женщиной. Они почти не разговаривали.

Николай помнил его смутно. Высокий, держится чуть отдельно от всех, из тех людей, которые умеют одновременно быть на вечеринке и как будто не быть. Игорь Савченко сел в тёмно-синий «Кашкай», завёл двигатель и выехал с парковки.

Николай записал номер. Потом набрал Марину.

— Вы его видели? — спросила она тихо; судя по звуку, стояла где-то в коридоре.

— Да. Я его знаю. Это старый знакомый семьи.

Небольшая пауза.

— Понятно, — сказала Марина. — Как она после того, как он ушёл?

— Не знаю. Я не заходила. Не моя палата.

— Хорошо. Спасибо.

— Николай… — Она чуть помедлила. — Он при входе написал в журнале, что он двоюродный брат. Я специально посмотрела…