Роковая ошибка дочери, не знавшей, кем на самом деле работает её мать

Через неделю мы сидели втроём у нас дома.

Мама накрыла в зале – доставала хорошую скатерть, фарфор, который обычно стоял за стеклом в серванте. Я нарезала салаты. Павел принёс торт в коробке – молча поставил в прихожей, снял куртку.

Мы сели. Мама разлила по тарелкам горячий борщ, поставила перед каждым. Павел взял ложку, попробовал и кивнул.

– Это её борщ? – спросил он.

– Её, – сказала я. – Другого не признаю.

Первые несколько минут молчали.

Потом Павел поднял взгляд и посмотрел на стул в углу. Тот самый, деревянный, с прямой спинкой.

– Хорошо стоит, – сказал он.

– Хорошо, – согласилась мама. – Я же говорила.

Это был их разговор – про что-то, что я ещё не знала до конца. Но я не была лишней. Просто сидела и слушала.

– У вас сейчас что в работе? – спросила я.

– Кресло девятнадцатого века, – сказал Павел. – Ампир. Ножка отломана, обивка истёртая.

– И долго восстанавливать?

– Недели три. Может, четыре.