Роковая ошибка парней, не проверивших девичью фамилию дочери
— медсестра сочувственно покосилась на неподвижную Лену. «Она иногда так стонет, будто очень хочет нам что-то сказать. Врачи говорят, что это рефлексы, но я думаю, она все прекрасно слышит».
«Поэтому вы обязательно говорите с ней». Седой молча кивнул, и медсестра деликатно вышла из палаты. Он низко наклонился к самому лицу дочери и горячо прошептал.
«Ты держись, моя Ленка. Твой папка окончательно вернулся. Теперь все будет хорошо, я тебе это обещаю».
Он вышел из здания больницы, когда на улице уже полностью стемнело. Огромный город зажег свои яркие вечерние огни. Засветились желтые окна старых домов, неоновые вывески и фары проезжающих машин.
Седой нервно закурил, тяжело прислонившись спиной к холодной стене. Он достал из кармана куртки блокнот Лены. Снова открыл его и перечитал страшные записи.
Теперь он читал не торопясь, внимательно вчитываясь в каждое слово. Олег познакомился с ней в модном элитном клубе. Он был очень красивый и богатый, поэтому легко пригласил ее в кафе.
Потом он неожиданно позвал ее к себе в гости. Там уже были его друзья: Рома, Антон и Игорь. Они дали ей выпить слишком много крепкого алкоголя.
«Все поплыло перед глазами, и я помню только адскую боль», — писала она. «Когда я проснулась, вся моя одежда была грубо разорвана. А они просто стояли и громко смеялись».
«Они снимали все это на профессиональную камеру. Олег с ухмылкой сказал: если я кому-нибудь скажу, они всем покажут эту пленку. Покажут моей маме, бабушке, принесут в аптеку – абсолютно везде».
Дальше в дневнике шли лишь короткие, нервные обрывки. Там были записаны даты, места их встреч и страшные угрозы. Была отчаянная попытка сбежать из города, но они легко догнали ее.
Она писала про попытку заявить в полицию. Но отец Ромы оказался высокопоставленным офицером, и уголовное дело мгновенно закрыли. Наступила полная, удушающая безвыходность.
Последняя запись гласила: «Я так устала постоянно бояться. Я просто хочу абсолютной тишины». Седой медленно закрыл этот страшный блокнот.
Он звонко щелкнул зажигалкой и поднес жаркое пламя к уголку бумаги. Огонь уже лизнул страницу, но он внезапно передумал и затушил его. Нет, это самая важная улика.
Эта улика нужна была исключительно для него самого. Чтобы навсегда запомнить каждое имя из этого списка. Он вышел к дороге и поймал старую машину такси.
За рулем сидел тучный водитель с золотыми зубами. «Куда едем, командир?» — спросил он. «Вези на Центральный рынок».
Там, в грязной подсобке мясного павильона, сидел его старый криминальный приятель Валера по кличке Кот. Официально он торговал парным мясом, но его главным делом всегда была ценная информация. Он знал в лицо абсолютно всех, кто в этом городе ворочает большими деньгами и чужой грязью.
Кот радостно встретил Седого настоящими медвежьими объятиями. «Витёк, братан, я слышал, ты наконец-то вышел! Как там зона?»
«Нормально всё. Слушай меня внимательно, Кот, мне срочно нужна точная информация. Есть четыре конкретных имени: Олег, Рома, Антон и Игорь».
«Это молодые и богатые парни, которые постоянно тусуются в самом центре». Кот подозрительно прищурил свои хитрые глаза. «А что вообще случилось, почему ты ими интересуешься?»
«Моя единственная дочь сейчас лежит в реанимации. И в этом полностью виноваты именно они». Кот тяжело помолчал, обдумывая ситуацию, и медленно кивнул.
«Дай мне ровно два дня, и я узнаю про них всё. Узнаю, кто они такие, откуда взялись и кто конкретно их крышует. Но Седой, ты же взрослый человек и должен понимать все риски».
«Если ты полезешь на таких людей, тебе обязательно прилетит в ответ». Седой лишь холодно и безрадостно усмехнулся. «Мне уже прилетело так, что хуже некуда».
«Теперь наступила исключительно их очередь». Следующие два дня Седой жил в режиме изнурительного ожидания. Он часами сидел у кровати Лены в больнице и крепко держал ее за руку.
Врачи лишь сочувственно качали головами. Медицинские показатели совершенно не менялись. Глубокая кома железной хваткой держала девушку в своих объятиях.
По ночам Седой выходил курить на балкон материнской квартиры. Внутри него всё яростно клокотало и настойчиво требовало немедленных действий. Но он прекрасно понимал, что торопиться категорически нельзя.
Настоящая месть — это не слепые эмоции, это сложная шахматная партия. Нужно досконально знать своего врага, понимать, где он живёт и где его самое слабое место. Вечером третьего мая Кот наконец-то позвонил.
Его голос звучал предельно сухо и очень по-деловому. «Срочно приезжай ко мне, есть нужная информация». Седой добрался до территории рынка ближе к вечеру.
Торговые павильоны уже закрывались, а грузчики лениво таскали пустые ящики. Воздух насквозь пропитался запахом гниющих овощей и мясных обрезков. Кот ожидал его в подсобке за старым столом, на котором стояла нетронутая бутылка крепкого алкоголя.
«Садись, — коротко кивнул Кот. — И слушай меня очень внимательно». Седой молча сел на стул и нервно закурил сигарету.
Кот раскрыл свой рабочий блокнот, густо исписанный мелким почерком. «Итак, первый — Олег Самсонов, ему двадцать пять лет. Он родной сын Геннадия Самсонова, генерального директора крупного местного комбината».
«Его папаша — очень большой человек, имеющий серьезные связи на самом верху. Сам Олег долго учился в столице. Но с треском вылетел оттуда за постоянные пьянки и вернулся обратно».
«Влиятельный отец сразу же пристроил его своим заместителем. Этот мажор ездит на дорогом внедорожнике и тусуется исключительно в элитных клубах, разбрасываясь деньгами».
«Их главная крыша — местное управление полиции. Курирует их лично высокопоставленный офицер Ковалев». «Давай дальше», — сухо и без эмоций бросил Седой.
«Второй — Роман Бритов, в своих кругах известен как Рома Бритва. Ему двадцать три года. Его отец — опытный детектив уголовного розыска».
«Сынок пошел совершенно не в папу. Его интересы: постоянная качалка, уличные драки и запрещенные препараты. Папаша его постоянно выгораживает и легко закрывает все уголовные дела».
«Живет он вместе с родителями на Центральном проспекте. Водит черную, сильно тюнингованную спортивную машину». Седой внимательно слушал, запоминая каждую деталь, а Кот монотонно продолжал.
«Третий — Антон Лисицын по кличке Лис, ему двадцать четыре года. Его отец владеет крупным автосалоном и активно перегоняет дорогие иномарки из-за границы».
«Антон — типичный представитель золотой молодежи. Он серьезно увлекается профессиональной фотографией и видеосъемкой. Даже открыл собственную оборудованную студию в Южном районе».
«Официально студия открыта для съемок свадеб, но его основной доход — создание откровенных видеороликов на заказ. У него шикарная квартира с очень хорошим, дорогим ремонтом». «А что насчет четвертого?» — спросил Седой.
«Четвертый — Игорь Пастухов, кличка Пастух, ему двадцать шесть лет. Работает тренером в местном спортзале, типичный перекачанный амбал».
«По совместительству он числится личным охранником у Самсонова-старшего прямо на комбинате. В свободное время подрабатывает вышибалой в элитных клубах. Парень откровенно тупой, но невероятно здоровый».
«Кулаки у него размером с совковые лопаты. Живет очень скромно, в заводском общежитии». Кот захлопнул свой информационный блокнот.
Он налил два полных стакана крепкого напитка и пододвинул один гостю. «Витек, я всё прекрасно понял. И я умом понимаю, что именно они сделали с твоей дочерью».
«Но я прошу тебя, подумай своей головой. Это не мелкие дворовые хулиганы, это дети настоящих хозяев жизни. У них абсолютно непробиваемая защита».
«Если ты полезешь, тебя закопают в лесу быстро и очень тихо». Седой взял предложенный стакан и выпил всё содержимое одним большим залпом. Обжигающая жидкость приятно разлилась теплом в его груди.
Он со стуком поставил пустой стакан обратно на стол. «Послушай, Кот, а ты помнишь, как мы с тобой в восемьдесят третьем году в колонии зимовали? Меня тогда враги пытались зарезать, а ты меня чудом вытащил с того света».
«Я хорошо помню, как ты сказал, что настоящий долг платят только реальным делом. Я тогда вытащил тебя из-под расстрельной вышки, так что мы с тобой давно квиты. Но ты остаешься моим близким другом».
«Поэтому я скажу тебе абсолютно честно: я не собираюсь никуда лезть. Я уже туда полез. И произошло это ровно в ту секунду, когда я впервые увидел свою дочь подключенной к аппаратам».
«Мне плевать на их связи, купленную полицию и директоров. У меня есть свои жесткие понятия. За своих близких я всегда стою до победного конца».
Кот обреченно вздохнул, уставшим жестом потирая лицо ладонями. «Хорошо, я понял тебя и обязательно помогу всем, чем только смогу. Но действуй предельно осторожно, и запомни: если что-то пойдет не так, мы с тобой вообще не знакомы».
«Это справедливо», — одобрительно кивнул Седой. «Теперь мне нужны их точные адреса и подробный распорядок дня. Я должен знать, где они бывают, и когда остаются совершенно одни».
Кот достал чистый лист бумаги и начал писать быстро и разборчиво. «Самсонов живет в элитном загородном коттедже. Там круглосуточная охрана, камеры видеонаблюдения и злые собаки».
«Днем он всегда находится на территории комбината, а вечерами прожигает жизнь по клубам. Бритва формально живет с родителями. Но очень часто ночует у своей подруги на съемной квартире по Центральной улице».
«Лис практически живет в своей фотостудии. Он часто работает там до глубокой ночи и всегда находится абсолютно один. Пастух постоянно курсирует по простому маршруту: общежитие, спортзал и ночной клуб».
«Его график стабильный: с восьми утра до шести вечера он дежурит на комбинате. Потом тренируется в зале до девяти, а затем едет вышибалой в клуб». Седой аккуратно забрал исписанный листок и спрятал его в карман куртки.
«Огромное спасибо, Кот, я твой вечный должник». «Ты мне ничего не должен, мы же друзья. Просто очень прошу тебя — береги себя, ведь Лене сейчас нужен живой отец».
Седой вышел на улицу, когда на город уже опустилась плотная темнота. Мегаполис жил своей привычной суетливой жизнью. Ярко светились витрины магазинов, а из баров доносилась громкая музыка.
Седой шел очень медленно, скрупулезно обдумывая каждый шаг своего плана. Их было ровно четверо. Начинать нужно было с самого слабого и глупого — Пастуха, чтобы физически выбить из него информацию.
Нужно узнать, где спрятано видео и кто еще в курсе произошедшего. Вторым пойдет Лис — штатный оператор, который хранит все оригинальные пленки. Затем очередь дойдет до Бритвы, сына офицера, чтобы через него выйти на покровителей.
И в самом финале его будет ждать Самсонов. За него расплата станет самой долгой и мучительной. Седой свернул в круглосуточный магазин и купил пачку сигарет с бутылкой дешевого алкоголя….
