След, который искали годами: неожиданная правда о старых часах, вернувшая отцу смысл жизни

— Потому что если можно спасти хотя бы что-то, надо спасать. Даже если поздно.

Артём постепенно возвращался в жизнь. Не так, как в красивых историях, где после объятия всё сразу становится хорошо. Бывали дни, когда он смеялся, бегал по саду, ел пирог Марты Петровны и спорил с Виктором, что синяя машинка всё равно «красная внутри». А бывали дни, когда он не хотел вставать с кровати, раздражался от вопросов, плакал из-за запаха мокрой одежды или закрывался в комнате, если слышал за окном сильный ветер.

Виктор учился не пугаться откатов.

Раньше он воспринимал любую боль как провал. Теперь понимал: исцеление не идет ровно. Оно отступает, возвращается, ломается, снова собирается.

Однажды ночью Артём пришел к нему сам. Не кричал, не плакал. Просто постучал и вошел.

— Можно я тут посплю?

Виктор отложил книгу, которую не читал.

— Конечно.

Мальчик лег рядом поверх одеяла, прижимая к себе Тузика.

— Мне приснилась вода, но я проснулся раньше, чем упал.

— Это хорошо?

— Наверное. Я во сне понял, что могу проснуться.

Виктор улыбнулся в темноте.

— Значит, ты становишься сильнее.

Артём помолчал.

— А ты?

— Что я?

— Ты тоже становишься сильнее?

Виктор посмотрел на потолок.

— Я стараюсь.

— Ты раньше был грустный?

— Очень.

— Из-за меня?

— Из-за того, что тебя не было рядом.

Артём повернулся на бок.

— Я теперь рядом.

— Да.

— Тогда тоже старайся выздоравливать.

Виктор не сразу смог ответить.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Обещаю.

Прошло несколько месяцев.

Волосы Артёма отросли, и темная краска исчезла почти полностью. Светлые пряди снова ложились ему на лоб так, как в детстве. Он продолжал ходить к Лидии Антоновне, но теперь уже не воспринимал это как наказание или доказательство собственной «поломки». Иногда сам говорил:

— Мне надо с ней обсудить один сон.

Или:

— Я хочу рассказать ей про Тётю Солнце, но не знаю, как.

Виктор не вмешивался. Он научился быть рядом, не забирая у сына право на собственные чувства.

Комнату Артёма немного изменили — не стерли прошлое, а добавили настоящее. Старые игрушки остались, но рядом появились новые книги, свежие рисунки, настольная лампа, которую мальчик выбрал сам. На стене повесили большой лист, где Артём нарисовал дом. На рисунке были три фигуры: он, Виктор и Лена. Чуть поодаль стояла маленькая рыжеволосая фигура. Не рядом, но и не зачеркнутая.

Виктор долго смотрел на этот рисунок.

— Это она?