В день рождения муж сообщил о разводе и переводе денег своей матери, но жена отреагировала совсем не так, как они ожидали

— Диван двигай правее, ещё правее, Серёженька! Он тут всю карму квартиры загораживает.

— У меня от этой расстановки мебели даже здоровый сустав ноет, не то что больной. — Оксана замерла в дверях гостиной с подносом в руках. На подносе стояли три чашки травяного чая.

Время близилось к двум часам дня. До её официального праздничного обеда оставалось всего ничего. Но родственница материализовалась на пороге с самого утра, уже знатно подгадив настроение.

Свекровь Людмила Петровна возвышалась посреди комнаты, указывая зажатым в руке свёрнутым журналом, куда именно её сын должен волочь тяжеленный угловой диван. При этом женщина опиралась на трость с такой театральной грациозностью, словно позировала для портрета уездной аристократии.

Серёжа, пыхтя и краснея лицом, толкал мебель по паркету. — Людмила Петровна, вы б не усердствовали! — спокойно произнесла Оксана, ставя поднос на край стола. — Диван тяжёлый, паркет поцарапаете.

— А ты, Оксаночка, не указывай. В своём доме указывать будешь, а тут жильё совместное. — Свекровь ловко развернулась на каблуках.

Трость при этом даже не коснулась пола. — И вообще, у тебя сегодня день рождения. Женщина в такой день должна осмысливать прожитые годы, а не над паркетом трястись.

Оксана лишь поправила полотенце. «Совместное жильё», ну да. Квартира досталась Оксане от бабушки, но Серёжа последние пять лет любил называть её «нашим семейным гнёздышком», в основном потому, что однажды лично прикрутил плинтусы в коридоре.

Этот день с самого начала пошёл наперекосяк. Оксана планировала провести утро в тишине, неспешно накрошить салаты, запечь утку с яблоками и подготовить главный сюрприз. Ценный, тщательно спланированный сюрприз для этой самой женщины с тростью, которая сейчас инспектировала пальцем пыль на верхних полках книжного стеллажа…