Свекровь дистанционно руководила сыном во время семейного разговора, пока невестка не решила обратиться к ней напрямую

— Рома, мужик должен быть глыбой, кремнем. Держать бабу в ежовых рукавицах, иначе она тебе на шею сядет и ножки свесит. Ты в доме хозяин или плесень под плинтусом?

— Забирай у нее финансы, выдавай только на проезд.

Густой, пронзительный голос Зои Петровны разносился по коридору с такой мощью, что кот Пончик, мирно дремавший на коврике для обуви, вздрогнул, открыл один желтый глаз и осуждающе посмотрел на дверь туалета. Именно оттуда, из-за тонкой фанеры, доносился голос из громкоговорителя телефона.

Наташа, стоявшая в коридоре с ключами в руке, удивленно приподняла бровь. Она вернулась с работы на час раньше обычного, планируя спокойно выпить чаю, а вместо этого попала на бесплатный мотивационный тренинг. Сам глава семьи и кремень сейчас сидел на унитазе, судя по характерному эху, и торопливо бубнил в трубку.

— Мам, ну тише ты, Наташа скоро придет. Я понял, понял. Надо брать власть в свои руки.

— Все, давай, целую.

Раздался звук смываемой воды. Дверь приоткрылась, и на пороге возник Роман.

Увидев жену, он вздрогнул, нелепо взмахнул руками и едва не выронил телефон. Его лицо мгновенно приобрело оттенок спелого помидора.

— Ой, Наташ, а ты чего так рано? — выдавил он, пытаясь изобразить непринужденную улыбку, которая больше напоминала гримасу человека, случайно проглотившего лимон.

— Да вот, пришла пораньше, чтобы успеть до закрытия банка. — Наташа невозмутимо повесила куртку на крючок. — Хотела все деньги со счетов снять и тебе в ноги бросить.

— Оказывается, я с плесенью живу, а не с мужем. Как-то неловко даже.

Роман попытался выдавить нервный смешок, промямлил что-то про «мама просто телевизор пересмотрела» и быстро ретировался на кухню…