Свекровь потребовала от отца невестки доплачивать молодой семье, но его реакция оказалась совсем не той, на которую она рассчитывала

Она работала в городском архиве, получала нормальную зарплату, но страдала патологической тягой к халяве. Узнав, что молодые живут без ипотеки, свекровь решила, что разница в доходах сына и невестки — это вопиющая социальная несправедливость.

— Она ногти пилит, Дима! — вещала Валентина в телефонную трубку, сидя на кухне Наташи и попутно доедая чужую ветчину. — Это же не профессия, это баловство! А ты у меня с высшим образованием!

Наташа никогда не плакала в подушку после таких речей. Она действовала. Как-то раз, споткнувшись в коридоре об очередную коробку с карбоновыми запчастями для велосипеда, купленными Дмитрием на ползарплаты, Наташа просто выставила их на сайт объявлений и продала в тот же вечер за полцены какому-то радостному студенту.

Когда Дмитрий обнаружил пропажу, его возмущению не было предела. Он топал ногами, тряс чеком и кричал про личное пространство.

— Твоё личное пространство ограничивается половиной шкафа, — спокойно ответила Наташа, пересчитывая наличные. — Эти деньги пойдут на оплату электричества, которое ты намотал, играя по полночи в приставку, и на продукты, которые твоя мама вчера сложила в свою бездонную сумку. Хочешь запчасти — покупай, но сначала оплати счета.

Дмитрий тогда сдулся, как проколотый резиновый мяч. Он понял, что жена не будет играть в жертву. Но вместо того, чтобы включить мозги, он просто начал жаловаться матери активнее…