В последний момент женщина закричала, чтобы гроб не отправляли дальше, и её тревога оказалась не случайной

С тех пор прошло три года. Артем отбывал наказание, а Вера Степановна не пропускала ни дня без молитвы — за него, за Павла, за покойного мужа и за собственные ошибки. Она верила, что даже самые страшные грехи когда-нибудь могут быть прощены, если человек сам найдет в себе силы увидеть их.

Павел тоже изменился. То, что случилось, оставило в нем след, но не ожесточило. Он стал внимательнее к людям, осторожнее в доверии и гораздо сильнее начал ценить каждый обычный день. А еще он понял, что благодарность нельзя откладывать.

Когда здоровье позволило, он разыскал Егора и предложил ему работу в своем растущем деле.

Егор растерялся, сидя напротив Павла в просторном кабинете.

— Да вы что… Я же простой работник. Куда мне в такую компанию?

Павел улыбнулся.

— Не простой работник, а Егор Алексеевич. Человек с образованием, совестью и редкой смелостью. Остальному научим.

Егор долго не мог поверить, что жизнь способна так резко повернуть — из темного служебного помещения крематория в светлый кабинет, из страха в новую дорогу.

Но жизнь иногда и правда ведет человека по самому краю. Между добром и злом, трусостью и поступком, молчанием и правдой. Главное — не переступить черту. А если переступил, найти в себе мужество признать вину.

Об этом теперь часто думал Артем, сидя на узкой койке и перелистывая страницы старой Библии, которую когда-то оставил бывший сосед по камере. Сначала он открывал ее от скуки. Потом — от раздражения. А однажды задержался на строках дольше обычного.

Возможно, пройдет еще много времени, прежде чем он поймет их смысл. Но иногда даже самая поздняя мысль становится первым шагом к иной жизни.