Встреча с дочерью лесника с самого начала сложилась совсем иначе, чем рассчитывали её участники

Утро оборвал телефонный звонок. Звонил участковый, и тревога в его голосе сразу развеяла сонную безмятежность.

— Павел, новости сегодня смотрел?

— Нет ещё.

— Сейчас включай. Областной выпуск.

Они с Мариной спустились в гостиную и включили старый телевизор. Экран показал заставку экстренных новостей, затем появилась серьёзная ведущая. Она сообщила о ночной трагедии в заповеднике: группа охотников с официальным разрешением на кабана якобы подверглась внезапному нападению волчьей стаи. Двое доставлены в областную больницу с тяжёлыми ранениями, один — в критическом состоянии. Выжившие утверждают, что ничем не провоцировали зверей.

Далее прозвучало, что руководитель области разрешил временный отстрел волков в районе, чтобы обезопасить местных жителей. Марина и Павел слушали чужую версию вчерашнего дня, превращённую в официальное сообщение. Ни о девушке, ни об угрозах в ней не было ни слова.

— Перевернули всё, — выговорил лесник сквозь зубы.

— Какое разрешение на охоту? — возмутилась Марина. — Там вообще охотиться нельзя!

— Оформят задним числом. Кому надо, тот им подпишет.

Новостной выпуск продолжался. Теперь речь шла о директоре охотничьего хозяйства Викторе Черненко. По его словам, волки всё чаще появлялись вблизи населённых пунктов. Эксперты связывали такое поведение с нарушением экологического равновесия и сокращением естественного корма. Всё звучало последовательно и убедительно для того, кто не знал, что случилось на лесной дороге.

Затем показали самого Виктора. Белый больничный халат, перебинтованная рука, благородное негодование на лице. Образ пострадавшего защитника людей был готов. Павел смотрел на того же человека, который ещё вчера грозил его дочери, а теперь объяснял зрителям необходимость спасать население.

Он говорил, что хозяйство обеспокоено, что охотники всегда соблюдали правила. На этот раз звери повели себя неадекватно. Возможно, среди них больные, а может, целая стая утратила страх перед человеком. Поэтому приходится срочно принимать меры ради безопасности людей.

— Меры ему понадобились! — не выдержал Павел. — Вчера дочери моей угрожал, а сегодня защитником выступает.

Марина стояла, закусив губу. Лицо стало бледным.

— Они же убьют Серебряного. Всех волков могут перебить.

— Не позволю.

Павел уже набирал Андрея. Говорил быстро и точно, как когда-то при постановке боевой задачи. Нужно срочно связаться со следователем, проверить, действительно ли у Чёрного вчера было разрешение. И выяснить, на каком основании он вообще взял оружие, если охотничий билет сдал за браконьерство три года назад.

В нём теперь трудно было узнать добродушного лесника. Опасность требовала действий, и каждое слово подчинялось этой необходимости. Закончив разговор, Павел повернулся к дочери:

— Собирайся. Едем в район, к начальнику заповедника. Ему нужно рассказать, как всё было…