Я заметила реквизиты свекрови в договоре продажи своей квартиры, а появление одного человека у нотариуса неожиданно всё прояснило

«Но на сделке я все проверю сама». Следующая неделя превратилась в локальный филиал «Сумасшедшего дома». Людмила Викторовна звонила по три раза на дню.

Она требовала копии паспортов, технические паспорта, выписки из домовой книги. Причем делала это с таким напором, словно Оксана продавала не старую панельку, а старинный дворец. Фоном разворачивалась еще одна драма.

У Богдана был младший брат Тарасик. Тарасику стукнуло 22, но в глазах матери он до сих пор оставался ищущим себя пухлощоким младенцем. Тарасик увлекался то лепкой горшков, то сборкой кастомных мотоциклов, то курсами личностного роста.

И на днях этот непризнанный гений умудрился разбить арендованный гидроцикл. И теперь срочно нуждался в солидной сумме, чтобы не знакомиться с кредиторами в лесополосе. В семейном чате Тарасик жалобно скулил с просьбой скинуться братишке на спасение жизни.

На что Оксана коротко ответила: «Иди работай». Богдан тогда промолчал, а Людмила Викторовна обиженно вышла из чата. Оксану обида свекрови волновала меньше всего.

Сроки операции поджимали, необходимо было выходить на сделку. А интерес Людмилы Викторовны к деньгам от продажи недвижимости казался чисто гипотетическим. Не может же свекровь в открытую пойти на криминал…