Я женился назло бывшей девушке, а после свадьбы узнал, что совсем не знал свою избранницу

Её лицо было не ослепительно красивым, но очень гармоничным и утончённым, с выражением непередаваемого спокойствия.

— Хорошо, — сказала она тихим, но отчётливым голосом. — Если вы не брезгуете мной, то я выйду за вас.

Зал словно замер. Я тоже оцепенел. Возможно, я сам не ожидал, что всё зайдёт так далеко, но сказанное слово не вернуть. На следующее утро мы с ней действительно пошли регистрировать брак. Перед регистрацией я выполнил данное при всех обещание и перевёл Оксане 200 тысяч.

Её звали Оксана. Ей было 34 года, и она работала уборщицей в моей же компании. Я думал, что это было просто импульсивное решение, самая большая ошибка в моей жизни.

Но я не знал, что именно это решение откроет дверь к правде, узнать которую раньше у меня, возможно, не хватило бы смелости. Вернувшись после регистрации в свою тесную съёмную комнату, я прилёг на кровать, надеясь унять сильную головную боль, и незаметно задремал. Когда я открыл глаза, воспоминания о прошлом вечере хлынули, как прорванная плотина. Я резко сел. На столе аккуратно лежало свидетельство о браке.

Моё имя и имя Оксаны были чётко напечатаны. Я схватился за голову. Мне конец.

В этот момент из крошечной кухни донёсся стук, и в воздухе запахло горячей кашей. Я повернулся. Оксана вышла, держа в руках миску, от которой всё ещё шёл пар. Она сменила униформу уборщицы на простую домашнюю одежду; волосы были слегка распущены, а лицо в утреннем свете выглядело необычайно спокойным.

— Вы проснулись? — спросила она. Голос был ровным, как будто это было совершенно обычное дело. Я посмотрел на неё — в горле пересохло.

— Извините за вчерашнее, — сказал я хриплым голосом. — Я был слишком пьян и втянул вас в это. Может, разведёмся? Переведённые деньги всё равно останутся у вас в качестве компенсации.

Оксана поставила миску с кашей на стол. Она долго смотрела на меня; её взгляд не выражал ни гнева, ни упрёка.

— Я не развожусь.

Я оцепенел.

— Деньги я уже направила на погашение долга моей семьи, — продолжила она. — Теперь не могу вернуть их вам.

Я всё ещё не понимал.

— Откладывать платёж было нельзя, — мягко объяснила она. — К тому же я вижу, что вы неплохой человек. Раз уж мы муж и жена, давайте жить дальше.

Я посмотрел на неё, не зная, что сказать.

Женщина, которую я встретил меньше дня назад, спокойно приняла такой странный брак. Без упрёков, без требований — просто осталась.

— Поешьте каши, — сказала она, подвигая миску ко мне. — Потом на работу. Жизнь принадлежит нам, а не другим.

Я взял миску с кашей, и в душе вдруг возникло очень странное чувство.

Не любовь и ещё не восхищение, а что-то тёплое, что проникло в моё сердце. Я не знал, что принесёт будущее, знал только, что с этого момента моя жизнь начала совершенно новую главу. И я не ожидал, что женщина, сидящая передо мной с этой простой кашей, станет той, кто перевернёт весь мой мир.

В тот день я пошёл на работу с тяжестью на сердце, словно с камнем. Всю предыдущую ночь я почти не спал, снова и снова вспоминая произошедшее, и чувствовал себя запутанным, как клубок ниток. Я не знал, как правильно обращаться к Оксане.

Обращение на «вы» казалось слишком формальным, а назвать её женой я пока не решался. Ведь по документам мы стали семьёй, хотя почти не знали друг друга. Оксана не задавала много вопросов: она просто встала пораньше, приготовила мне тарелку каши, сварила яйцо, а затем тихо выгладила и сложила рубашку, положив её на край кровати.

Я смотрел на эту рубашку, и у меня защипало в носу. Столько лет, живя один в этом городе, я привык: мятая одежда — значит мятая, холодный обед — значит холодный, а грусть нужно было просто проглотить.

Вдруг рядом со мной оказалась женщина, не говорившая громких слов. Но каждый её маленький поступок наполнял мою старую комнату человеческим теплом. Прежде чем я вышел, Оксана тихо позвала меня.

— Макс!

Я немного смущённо повернулся.

— Да, Оксана, говорите.

Оксана посмотрела на меня спокойным взглядом.

— Раз уж мы муж и жена, называй меня просто Оксаной и давай перейдём на «ты». Иначе у них снова будет повод посмеяться над тобой.

Я покраснел от смущения.

Она говорила очень мягко, но заботилась обо мне во всём. Я кивнул, взял свой потёртый портфель и вышел. Когда дверь моей комнаты закрылась за мной, я услышал, как Оксана убирает посуду на кухне.

Этот звук был тихим, но он наполнил моё сердце чувством, что у меня есть место, куда можно вернуться. Но едва я пришёл в компанию, я понял, что кошмар прошлой ночи ещё не закончился. Я вошёл в отдел продаж, и весь офис, который только что шумел, вдруг затих на очень короткое мгновение…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇