Заблудившись в лесу, мальчик увидел привязанную к дереву беременную женщину. Эта встреча ПЕРЕВЕРНУЛА жизнь обоим……
Последние дни местные ребята только и говорили о большом завале в лесу. После сильной непогоды деревья там сломало и повалило так, будто сама земля вздыбилась. Миша давно хотел посмотреть, но все не получалось. Теперь он тихо выскользнул за калитку и направился к лесу.
Стоило ему войти под деревья, как на душе стало легче. Лес всегда действовал на него странно: шорох листвы, влажный запах земли, мягкая темнота между стволами успокаивали лучше любых слов. Здесь крики Ларисы казались далекими, почти ненастоящими. Здесь можно было дышать.
До завала он добрался не сразу. Перед ним выросла огромная груда веток, стволов, грязи и налипших листьев. Сломанные деревья переплелись между собой, будто лес сам построил неприступную стену. Миша застыл, пораженный этим хаосом, созданным природой.
И тут он услышал звук.
Сначала он решил, что показалось. В лесу всегда что-то скрипит, трещит, шуршит, падает. Но это было другое. Не зверь. Не ветер. Не ветка. Звук напоминал слабый стон — такой тихий и сорванный, будто у человека почти не осталось сил.
Миша напрягся. Сердце забилось быстрее. Он прислушался. Звук повторился, теперь чуть отчетливее, где-то впереди, за зарослями.
Он колебался недолго. День уже шел к вечеру, и если там кто-то нуждался в помощи, медлить было нельзя. Мальчик стал пробираться дальше. Тропа быстро исчезла. Ветки цеплялись за одежду, колючие кусты царапали руки, ноги путались в корнях. Чем глубже он заходил, тем тревожнее становилось. Он уже понимал, что заблудился, но стон снова раздался впереди, и Миша продолжил идти.
Если бы он заранее знал, что увидит, возможно, вернулся бы в деревню за взрослыми. Но тогда он еще не знал.
За густыми кустами стоял старый огромный дуб. Он выглядел таким древним, будто рос здесь задолго до появления первых домов. У его ствола Миша и увидел женщину.
Она была привязана к дереву. Молодая, измученная, с большим беременным животом. Голова ее бессильно клонилась набок, волосы прилипли к лицу, губы почти не двигались. На мгновение Миша оцепенел. Ему стало так страшно, что он не сразу смог заставить себя шагнуть ближе.
Потом он подбежал к ней и приложил пальцы к шее, как видел когда-то в кино. Пульс был. Слабый, но был.
— Вы меня слышите?
