Заступив на ночную смену, врач заварил себе крепкий кофе на ночь, как вдруг его дёрнула медсестра

Даша побледнела. Лидия Васильевна потребовала не втягивать ребенка, а сотрудники полиции попросили Павла идти. Он заверил дочь, что вернется и тогда все станет ясно. Когда Алексей попытался приблизиться к племяннице, она отшатнулась и попросила ее не трогать. Бабушка увела девочку.

Алексей не пошел следом. Любая попытка объяснить задержание выглядела бы в глазах Даши подтверждением слов отца: дядя добился, чтобы Павла увели. Он видел только, как племянница, не оборачиваясь, крепче держится за руку бабушки. Последствия его первоначального молчания теперь нельзя было отделить от последствий поздней правды. Даже правильное решение не возвращало времени, когда он мог поступить правильно сразу.

В тот вечер Оксана сообщила Алексею, что Даша находится с ней и Лидией Васильевной. А Ткаченко продолжал уточнять показания Натальи. Сначала она рассказала лишь о связи с Павлом и его обещаниях развестись. Потом следователь спросил, что произошло после аварии.

Наталья призналась: той ночью Павел приезжал к ней в крайне возбужденном состоянии. Он говорил, что Марина нашла документы и теперь все рухнуло. Когда Наталья спросила, как это связано с ДТП, мужчина ответил: «Я полез к машине. Думал, она далеко не уедет».

Ткаченко попросил не пересказывать общий смысл, а вспомнить разговор как можно точнее: когда Павел приехал, знал ли уже о состоянии жены, от кого Наталья услышала об аварии. Она объяснила, что подробностей тогда не знала и задавала вопросы именно потому, что слова любовника казались бессвязными. Павел сам связал найденные Мариной бумаги со своим вмешательством, прежде чем кто-либо успел подсказать Наталье такую версию.

Об этом разговоре Наталья никому не рассказывала и на тот момент не знала, что Павел уже дал похожее объяснение брату. Затем она вспомнила еще одну фразу. На ее вопрос, что случилось бы, если бы Марина погибла, Павел ответил: тогда хотя бы все закончилось бы сразу…