Роковая ошибка автохама, не знавшего, по какому адресу спешили спасатели
Тяжелые капли осеннего дождя безжалостно хлестали по лобовому стеклу старенького реанимобиля. Дворники отчаянно скрипели, едва справляясь со сплошными потоками грязной воды. За рулем сидел уставший Александр Полищук, чьи покрасневшие глаза неотрывно следили за размытой серой трассой. Мужчина до боли сжимал потертый руль мозолистыми руками.
Каждая кочка на этой разбитой дороге отдавалась глухой болью в его собственном измученном теле. Он вел машину уже несколько часов, питаясь лишь горьким кофе и короткими вспышками адреналина. В салоне позади него царил густой запах медикаментов, смешанный с металлическим привкусом свежей крови. Там, на узкой каталке, лежал бледный молодой парень по имени Иван.
Его дыхание было настолько поверхностным, что казалось, будто оно вот-вот оборвется навсегда. Рядом с раненым сидела фельдшер Мария Ткач, чье лицо осунулось от хронического недосыпания и постоянного стресса. Девушка непрерывно следила за показаниями монитора, который издавал тихие, но тревожные звуки. Ее тонкие пальцы то и дело проверяли пульс на холодной руке бойца.
Мария изо всех сил старалась сохранить профессиональное самообладание, хотя внутри нее все дрожало от страха. Она видела слишком много боли за последние месяцы, но каждый раз пропускала ее через свое сердце. Этот мальчик был чьим-то сыном, и она поклялась себе довезти его живым во что бы то ни стало. Сирена надрывно выла, пытаясь прорезать плотную пелену проливного дождя и серого тумана.
Мигалки бросали тревожные синие отблески на мокрый асфальт и голые ветви придорожных деревьев. Александр сильнее надавил на педаль газа, чувствуя, как старый мотор натужно ревет от напряжения. До спасительных дверей госпиталя оставалось еще несколько десятков мучительных километров. Время безжалостно утекало, словно песок сквозь пальцы, оставляя все меньше шансов на благополучный исход.
Каждая потерянная минута на этой трассе могла стать роковой для истекающего кровью Ивана. Внезапно в зеркале заднего вида блеснули слепящие огни дорогих ксеноновых фар. Огромный черный внедорожник премиум-класса стремительно приближался, игнорируя сложные погодные условия и здравый смысл. Автомобиль летел по трассе так, словно весь этот мир принадлежал только его водителю.
Александр напрягся, инстинктивно прижимая реанимобиль ближе к обочине, чтобы уступить дорогу лихачу. Он знал, что спорить с такими водителями на трассе — это значит подвергать опасности всех своих пассажиров. Однако черный джип не спешил обгонять их по свободной левой полосе. Вместо нормального маневра тяжелая машина плотно пристроилась к заднему бамперу медицинского автомобиля.
Водитель внедорожника начал агрессивно мигать дальним светом, требуя полностью убраться с его пути. Александр недоуменно нахмурился, ведь справа уже начиналась глубокая грязная канава. Съехать туда на тяжелой и неповоротливой скорой помощи означало неминуемо застрять в раскисшей осенней грязи. Полищук включил правый поворотник, показывая, что видит нетерпеливого попутчика, но физически не может уступить больше места.
Он надеялся, что человек за рулем джипа поймет ситуацию и просто совершит обычный обгон. Но владелец элитного авто явно не привык к тому, чтобы его желания игнорировали даже на секунду. Внезапно внедорожник резко вывернул руль и с ревом мотора поравнялся с водительским окном Александра. Из-за тонированного стекла на мгновение показался силуэт крупного мужчины, который яростно жестикулировал…
