Жена привела мужа ужинать к свекрови, которой он перевёл все деньги, но за дверью их ждала неожиданная картина

Она говорила это с такой наглостью, с такой железобетонной уверенностью в собственной правоте, что Оксана даже восхитилась. Ни капли раскаяния.

Богдан медленно снял резиновые перчатки и бросил их в ведро. Он посмотрел на стол, заставленный едой, на мать в нелепом кимоно, на Оксану, которая спокойно прятала конверт во внутренний карман ветровки. За этот вечер он повзрослел лет на десять.

— Знаешь, мам, — тихо сказал Богдан, — твои каналы изобилия теперь точно заблокированы, наглухо. Больше ты от нас ни копейки не получишь: ни на трубы, ни на таблетки, ни на гуру. Звони Марине, может, она тебе подаст.

Он развернулся и пошёл к выходу. Его сапоги гулко стучали по полу.

Оксана подошла к столу. Она деловито взяла с блюда недоеденную запечённую утку, ловко завернула её в целлофановый строительный мешок, который принесла с собой, и закинула пустое блюдо в ведро мужа.

— Это мы забираем в счёт морального ущерба и потраченного бензина. Всего хорошего, Лидия Степановна. Развивайтесь духовно, только посуду мыть не забывайте.

Она вышла из квартиры, аккуратно прикрыв за собой дверь, оставив свекровь в одиночестве среди объедков и порушенных астральных надежд.

На улице было свежо. Богдан стоял у машины. Он курил, хотя бросил три года назад. Сигарету, видимо, стрельнул у кого-то из прохожих у подъезда. Его лицо было задумчивым.

Ей даже не пришлось ничего объяснять Богдану, пилить его или читать нотации. Она подошла, открыла багажник и закинула туда вёдра и швабру.

— Держи. — Она протянула мужу целлофановый пакет, из которого одуряюще пахло жареной птицей и специями.

Богдан посмотрел на пакет, потом на жену. Уголки его губ дрогнули, и он вдруг рассмеялся — громко, искренне, с облегчением сбрасывая с себя напряжение этого дурацкого вечера.

— Поехали домой, Оксан, утку будем есть.

— Поехали, спасатель, — усмехнулась она. — Только сапоги сними, а то весь салон мне резиной провоняешь.

Завтра они положат оставшиеся деньги обратно в коробку из-под тонометра, а через месяц купят машину, оформив автокредит. Никакие гуру, потопы и прочие вибрации больше им не помешают.