Он сказал лишнее прямо на нашей годовщине, а через минуту уже жалел о своих словах

Я выбирала место для нашей второй годовщины так тщательно, будто от этого вечера зависело что-то большее, чем праздничные фотографии и воспоминания гостей. Мне хотелось не обычного ужина за красивым столиком, а настоящего события: света, музыки, живых голосов, зала, где каждая мелочь — от ткани на скатертях до бликов в стекле — держала бы нужное настроение.

В конце концов я остановилась на новом ресторане, открытом в старом особняке. Высокие окна с цветными витражами, тяжелые люстры, отполированный паркет, мягкий полумрак — всё там будто было создано для вечера, который должен был запомниться надолго.

Назар, увидев фотографии, только скривился.

— Зачем устраивать весь этот балаган? — спросил он, не скрывая раздражения. — Можно было спокойно посидеть вдвоем. Без толпы, без показухи. Кому вообще нужен этот напускной блеск?

Я не стала спорить долго. Просто сказала, что уже всё решила.

После аварии, случившейся полгода назад, мне отчаянно нужен был праздник. Я слишком хорошо помнила белые потолки больницы, запах лекарств, шорох шагов в коридоре, мамины заплаканные глаза и отцовское молчание, в котором было больше страха, чем в любых словах. Мне хотелось доказать самой себе, что я вернулась. Что могу стоять в красивом платье среди людей, смеяться, принимать поздравления и не думать каждую минуту о том, как близко была к концу.

Я пригласила около шестидесяти человек, договорилась с музыкантами, наняла ведущего, выбрала меню и оформление. Несколько недель прошли в заботах: рассадка гостей, цветы, подарки, свет, экран для праздничной презентации. Я проверяла всё по нескольку раз, будто боялась, что одна забытая деталь разрушит тщательно собранную картину.

В тот вечер я стояла у зеркала в темно-сливовом платье и поправляла складки на талии. До приезда первых гостей оставались минуты. Назар находился у окна, глядя на улицу так напряженно, словно пытался разглядеть там не машины и прохожих, а выход из комнаты, в которой оказался против своей воли.

— О чём думаешь? — спросила я, подходя к нему.

Он даже не сразу повернулся…