Женщина опоздала на рейс и уже считала это бедой, пока коллега мужа не подсказал ей вернуться домой

В офисе «Северной линии» свет горел почти на всем этаже руководства. Дмитрий Андреевич Коваленко вошел через служебный вход и бросил пальто на кресло в своем кабинете.

Инна Романовна Савчук стояла у окна. Олег ходил от двери до стола.

— Она не прилетела, — сказал Бойко. — Мой человек ждал у выхода. На рейсе ее не было.

— Она могла пройти другим коридором.

— Не могла. Он проверил списки через знакомого в аэропорту. Такой пассажирки на посадке не было.

Инна медленно повернулась.

— Ты говорил, она написала из самолета.

Дмитрий достал телефон и показал переписку.

— Написала. Значит, кто-то ее остановил до посадки.

— Ткачук, — сказал Олег. — Больше некому.

Дмитрий резко ударил ладонью по столу.

— Как он оказался в аэропорту?

— Ты сам утром обсуждал рейс в переговорной, — холодно напомнила Инна. — И не проверил, кто был за стеклянной стеной.

— Я ничего конкретного не говорил.

— Достаточно было упоминания места назначения и слов «после посадки». Сергей не дурак.

Олег остановился.

— Надо забрать чемоданы.

— Уже поздно, — сказала Инна. — Если она сдала их в камеру хранения, там видеофиксация, квитанция, журнал.

— Может, еще нет.

Дмитрий набрал номер аэропорта, потом оборвал вызов.

— Нельзя самому. Засветимся. А писать ей угрозы можно было? — спросила Инна.

— Я давил.

— Ты оставлял след.

Он подошел к ней почти вплотную.

— Не учи меня. Твои документы лежат в чемодане.

— Мои документы? — Инна прищурилась. — Там копии и шаблоны. Основной доступ оформлял ты. Переводы проводились через ключ, который получал ты. А фирма-прокладка связана с твоим старым знакомым, не со мной.

Олег нахмурил брови.

— Хватит. Сейчас каждый думает, как сохранить себя, и этим всё испортит. Надо держаться за одну версию.

— Какую? — спросил Дмитрий.

— Жена нервная. Давно вмешивалась в твои дела. Ты обнаружил пропажу. Она исчезла. Чемоданы при ней. Документы на ее имя. Всё.

— Она не исчезла, — сказала Инна. — Она где-то здесь. И если у нее есть запись из квартиры, твоя версия сгорит.

Дмитрий побледнел.

— Она не могла записать.

— Могла, если случайно вернулась домой. Помнишь скрипнувшую половицу?

Эта мысль впервые прозвучала вслух. Все трое замолчали.

В гостинице Оксана лежала, не раздеваясь.

В дверь никто не стучал, коридор был тих. Она пыталась вспомнить, подписывала ли когда-нибудь документы в «Северной линии». Был переезд склада два года назад.

Дмитрий просил помочь. Получить пропуск для грузчиков, подписать заявку на доставку мебели, отвезти папку в приемную. Тогда это казалось семейной помощью.

Теперь каждая мелочь могла стать петлей.

Телефон завибрировал. Сообщение от Натальи: «Мужчина уехал. Машина серая. Номер записала. Дверь не открываю».

Оксана написала сестре: «Ты всё правильно сделала».

В это же время Сергей Ткачук поднимался в офис «Северной линии».

На проходной охранник удивился:

— Сергей Михайлович, вы же сегодня не в смену.

— Генеральному отчет готовлю.

— Поздно уже.

— Поэтому и тороплюсь.

В своем кабинете он включил компьютер и вошел в систему внутреннего контроля. Ничего лишнего. Только служебные журналы, к которым имел доступ по должности, заявки на временные пропуска, история правок, отметки по кассовой зоне, карточки входа в архив.

Он не копировал закрытые базы на флешку. Он формировал отчет средствами программы, чтобы каждая выгрузка имела дату, основание и служебный номер. В журнале временных доступов имя Оксаны появлялось три раза за последний месяц.

Первый раз — заявка на восстановление старой карточки. Второй — запрос копии паспорта из архива. Третий — отметка о получении электронного ключа.

Все три операции проходили через кабинет Инны Савчук, а заявки были утверждены от имени Дмитрия. Сергей открыл историю изменений. В одной строке значилось: первоначально получателем ключа был складской диспетчер.

Потом фамилию заменили на Коваленко. Время правки — поздний вечер. Учетная запись принадлежала юридическому отделу…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇