Это деньги сына! — заявила свекровь. Я тут же отменила ее лечение и..

Через три дня Виктора вызвали к начальнику из-за низкой оценки за прошлый месяц. Вернувшись на место, он сидел раздражённый, когда зазвонил телефон. Номер принадлежал страховой компании.

— Виктор Олегович? Нам необходимо подтвердить ваши данные в связи с заявлением о смене выгодоприобретателя по договору страхования жизни Марины Андреевны Коваль.

Он нахмурился.

— Что значит «смене»? Какого ещё выгодоприобретателя?

— Вчера Марина Андреевна подала заявление. Вместо вас получателем выплаты в случае её смерти указана её мать…

Продолжения он не дослушал. Сбросил звонок, вскочил, схватил ключи и выбежал из офиса. К тому времени, когда приехал домой, на улице уже стемнело.

В гостиной свет не горел. В отблесках фонарей за балконным окном он различил Марину на диване. Она сидела со стаканом воды. Виктор щёлкнул выключателем; от яркого света жена прищурилась.

— Зачем ты поменяла получателя по страховке?

Он быстро подошёл и остановился над ней. В вопросе ещё оставалась надежда на объяснение, после которого можно будет вернуться к привычному спору.

— Ты всё из-за той истории? Марина, хватит уже. Сколько можно дуться? Когда ты закончишь эту холодную войну?

Она опустила стакан на столик. Стекло тихо скользнуло по поверхности. Подняла лицо к мужу.

— Я хочу развестись. Давай оформим развод.

Виктор замер. Он пришёл с раздражением, с упрёками, с готовностью в очередной раз потребовать от неё успокоиться. Эти несколько слов не оставляли места ни одному из приготовленных ответов. Марина сказала их ровно и буднично, словно речь шла о простом домашнем решении, а не о прекращении пятилетнего брака. Она не кричала, и потому привычно ответить криком на крик было невозможно. Виктор стоял перед диваном и, казалось, пытался понять, правильно ли расслышал. Прошло несколько секунд. Стакан оставался на столике, жена смотрела на него, и никакого продолжения, которое позволило бы истолковать сказанное иначе, не было…