Истощённый лев страдал от паразитов, пока один мужчина не решился подойти к нему слишком близко

— Нет.

— Тогда не мешайте работать.

Андрей потянул ее за руку.

— Маш, пошли.

Она вырвала ладонь.

— Он умирает.

— Все когда-нибудь умирают, — сказал мужчина. — У вас билет на десять минут. Хотите смотреть — смотрите. Хотите жаловаться — жалуйтесь. Только не надо тут спектакль устраивать.

Слова ударили по Марии неожиданно сильно. Не потому, что он был груб. Грубых людей она за тридцать шесть лет жизни видела достаточно: в очередях, в поликлинике, в офисе, где пять лет работала бухгалтером, в подъезде, когда соседи ругались из-за парковки. Но сейчас грубость стояла рядом с беспомощным львом, которого живьем пожирали паразиты, и из-за этого становилась невыносимой.

— Андрей, сними, — сказала она.

— Что?

— На телефон сними. Все сними.

Андрей побледнел. Он всегда бледнел, когда нужно было делать что-то против правил. Не потому что был трусом. Просто слишком хорошо знал цену чужого внимания. Его мать когда-то говорила: «Молчи, умнее будешь». И он молчал почти всю жизнь: когда начальник списал на него недостачу, когда соседка обвиняла их собаку в грязи на лестнице, хотя собака уже год как умерла, когда брат просил деньги и не возвращал. Молчание было его броней. Тонкой, ржавой, но привычной.

— Маш, давай не будем, — произнес он. — Тут дети. Сейчас охрана прибежит.

— Снимай.

Она сказала это так, что он достал телефон.

Хозяин аттракциона сразу изменился в лице.

— Эй. Съемка запрещена.

— Где написано? — спросила Мария.

— Я сказал — запрещена.

Он шагнул к Андрею, но Андрей неожиданно отступил не назад, а в сторону, поднял телефон выше и включил запись. Рука у него дрожала. Мария видела это по тому, как ходил экран, как прыгала картинка. Но он снимал.

— Уберите телефон, — процедил мужчина.

— Позовите ветеринара, — сказала Мария.

— Уберите телефон, сказал!

Он попытался ударить Андрея по руке. Телефон чуть не выпал. В этот момент лев снова застонал, и звук прошел по людям, как холодный ветер. Кто-то замолчал. Женщина с мальчиком остановилась. Пара подростков перестала смеяться. За соседней клеткой обезьяна начала метаться, дергая цепь.

— Что вы с ним сделали? — громко спросила Мария.

У нее самой голос был чужой, срывающийся, но громкий.

— Я сейчас полицию вызову, — сказал хозяин, уже не так уверенно.

— Вызывайте. И ветеринарную службу тоже.

— Какая ты умная, — прошипел он. — Думаешь, первая такая? Сейчас я тебе объясню.

Он схватил Марию за плечо. Не сильно, но достаточно, чтобы она почувствовала его пальцы через тонкую ткань блузки. Андрей дернулся вперед.

— Не трогайте ее.

— А ты что, герой?