Молодой пожарный спас из огня деревенскую знахарку, но её первые слова заставили его забыть об усталости

Он был одет в добротный костюм, который смотрелся в убогой обстановке медпункта совершенно чужеродно. В руках он держал пакет с фруктами.

— Галина Петровна, голубушка, как же вы нас всех напугали! — начал он с показным сочувствием.

— Услышал про пожар, сразу примчался. Вот, витаминов вам принес, для здоровья.

Он поставил пакет на тумбочку и только потом, словно невзначай, заметил Тараса.

— А, Тарас Олегович, и вы здесь. Навещаете нашу героиню. Слышал я о вашем подвиге.

— Вся деревня гудит. Рисковали собой, спасая… — Он запнулся, ища подходящее слово.

— Человека, — закончила за него баба Галя, не сводя с него пристального взгляда. — Меня, Остап Петрович. Человека.

— А вы? Я смотрю, опечалены, что я жива осталась.

Староста натянуто рассмеялся.

— Ну что вы такое говорите, Петровна? Я за вас больше всех переживал.

— Мы же с вами хоть и спорили иногда по хозяйственным вопросам, а все же свои, деревенские. Вы не волнуйтесь, без крыши над головой не останетесь. Подберем вам пока комнату в общежитии.

— А там видно будет.

— Видно будет! — эхом повторила старуха, и в ее голосе прозвучала неприкрытая ирония. Тарас молча наблюдал за этой сценой.

Что-то в поведении старосты его настораживало. Слишком много суеты, слишком много фальшивого участия. Он нервно теребил ручку дорогого портфеля, его глаза бегали, избегая встречаться взглядом со старухой.

Было очевидно, что между ними существует давний конфликт.

— А что стало причиной пожара? — неожиданно спросил Тарас, обращаясь к Бондаренко. — Есть уже предварительная версия?

Староста вздрогнул.

— Да кто ж теперь разберет? Конец лета, сухостой.

— Может, окурок кто бросил, грибники. А может, и сама Петровна виновата. Она ж у нас травы сушит, отвары варит.

— Может, с огнем неаккуратно обошлась? В ее-то годы.

— Я с огнем всю жизнь на «вы», — отрезала баба Галя. — И избу свою не поджигала.

— Огонь со стороны леса пришел. И шел уж больно быстро и целенаправленно. Словно ему помогали.

— Ну это вы бросьте, Петровна. — Бондаренко снова попытался улыбнуться, но вышло криво. — Какие еще поджоги? Кому это нужно? Фантазии все это.

— Вы лучше отдыхайте, поправляйтесь. Тарас Олегович, — он повернулся к пожарному, — вас я попрошу на пару слов.

Они вышли в коридор. Староста положил Тарасу тяжелую руку на плечо.

— Вы уж извините ее, — заговорщически прошептал он.

— Старуха совсем из ума выжила. Все ей заговоры мерещатся, враги. Она и на меня постоянно жаловалась, что я якобы ее землю отнять хочу. А зачем мне ее земля? У меня своей хватает.

— Вы человек новый, не знаете местных порядков. Мой вам совет: держитесь от нее подальше. Себе дороже выйдет.

— Она женщина со странностями, мягко говоря.

— Она человек, который лишился дома, — холодно ответил Тарас, снимая его руку с плеча. — И мой долг — выяснить причину пожара.

— Ваше дело — тушить, а не расследовать. — В голосе старосты прорезались стальные нотки. — Для этого есть специальные органы.

— Не лезьте не в свое дело, Тарас Олегович. Целее будете.

Он развернулся и, не прощаясь, зашагал к выходу.

Тарас смотрел ему вслед, и неприятный холодок пробежал по спине. Это была уже не просто дружеская рекомендация. Это была плохо завуалированная угроза…