Муж оставил жене ребёнка перед командировкой, но первые же слова мальчика заставили её взглянуть на ситуацию иначе

Оно не приходило. В эту пятницу вечером Богдан показал ей кое-что. Они ужинали вместе.

Она приготовила картошку с мясом, он накрыл на стол сам, не спрашивая, и это уже казалось ей обычным. Потом он ушёл к себе. Через несколько минут вернулся с коробкой камней.

«Можно я покажу вам?» — спросил он. «Садись». Он сел напротив, открыл коробку.

Начал выкладывать на стол, один за другим, аккуратно, на небольшом расстоянии друг от друга. «Вот этот — гранит, самый обычный, таких много. Но смотрите вот сюда».

«У него три разных зерна, и всё немного разного цвета. Серое — это кварц, розовое — полевой шпат, блестящее — слюда».

«Они всегда вместе в граните, всегда. Разные, но всегда вместе». «Я знаю, что такое гранит», — сказала Оксана.

«Знаю, что знаете. Я не для этого». Он взял следующий. «Вот обсидиан. Это вулканическое стекло. Он образуется очень быстро, когда лава резко охлаждается. Из-за этого у него нет кристаллической структуры. Совсем. Он будто замёрзший в движении». Оксана смотрела на чёрный блестящий камень.

«Замёрзший в движении», — повторила она. «Да». Он взял следующий. «А это вот мрамор. Бабушка говорит, мрамор — это просто известняк, который побывал под давлением и высокой температурой и стал другим, совсем другим, красивым». Он посмотрел на неё. «Вы таким зданиям возвращаете вид?» «Я работаю с мрамором, да».

«Это честный материал», — сказал он. «Он не притворяется. Он именно то, чем является».

Оксана смотрела на него. Девятилетний мальчик со спокойным голосом и взрослыми глазами. Она подумала, что никогда в жизни не слышала, чтобы ребёнок говорил о камнях, как о характерах.

«Ты где этому научился?» — спросила она. «Читал. И думал. Бабушка говорит, что я слишком много думаю для своего возраста». «Бабушка, возможно, права», — сказала Оксана. «Но это не обязательно плохо».

Он посмотрел на неё. Внимательно, как будто проверяя, серьёзно ли она. «Вы правда так считаете?» «Правда».

Он убрал камни обратно в коробку. Один за другим, каждый на своё место. Закрыл крышку.

«Тётя Оксана», — сказал он, не поднимая головы. «А если бабушка выздоровеет и приедет меня забрать? Я смогу иногда приходить сюда? Ну, в гости?» Оксана не ответила сразу. Она смотрела на его макушку.

Светлые, чуть взъерошенные волосы. Руки, бережно держащие коробку. «Посмотрим», — сказала она наконец.

Это было не «да» и не «нет». Это было «посмотрим». Слово, которое взрослые говорят детям, когда не хотят обещать, но и отказывать не могут.

Богдан поднял голову, посмотрел на неё. Кивнул так, будто это «посмотрим» было достаточно. «Спасибо за ужин», — сказал он.

«Было вкусно». Встал, взял коробку и пошёл к себе. Оксана сидела за столом ещё долго.

Перед ней стояли чистые тарелки. Было тихо. За окном шёл снег.

Первый в этом году. Мягкий, без ветра. Она думала.

«Посмотрим». И впервые за эти две недели она не была уверена, что хочет, чтобы всё вернулось на место. В воскресенье они пошли в парк…