Муж потратил накопления на отпуск своей матери, но утром обнаружил в шкафу то, чего совсем не ожидал

Перспектива переехать к Галине Васильевне ударила по Богдану страшнее любой кувалды. Даже потеря гардероба на секунду перестала пугать. Мама свою однокомнатную квартиру считала суверенным государством с жестким пропускным режимом.

Пылинки там лежали по стойке смирно, а шаг вправо или влево карался многочасовыми лекциями о неблагодарности. Богдан еле вырвался из этого уютного ада, женившись на Оксане. Вернуться туда означало спать на скрипучей раскладушке на кухне, выслушивая, как правильно жевать и во сколько ложиться спать.

Да еще и без вещей. Мать же его своими причитаниями живьем съест за растрату гардероба. Спесь Богдана красиво сделала ему ручкой и в секунду испарилась.

Он опустил плечи, шмыгнул носом и метнулся в комнату за смартфоном. А вернувшись на кухню, дрожащими пальцами стал набирать номер матери. Включил громкую связь.

Гудки шли долго. Наконец трубку сняли.

— Да, сынуля! — Голос Галины Васильевны звучал елейно. — Ты чего так рано? Я тут список составляю, какие наряды в санаторий брать. Думаю, зеленое платье с люрексом положить. Там же танцы будут вечером.

— Мама! — блеющим голосом перебил Богдан. — Мама, тут такое дело…

— Что стряслось? Ты заболел? — Голос мгновенно приобрел металлические нотки профессиональной сиделки.

— Нет, не заболел. Мам, тебе надо отменить бронь.

На том конце повисла пауза, тяжелая, как чугунная ванна.

— Что ты сказал? — прошептала Галина Васильевна. — Какую бронь отменить? Ты белены объелся с утра пораньше?

— Мама, мне Оксана вещи не отдает. Я в трусах стою. Мне на работу надо.

Богдан сорвался на визг, топчась босыми ногами по линолеуму.

— Она требует вернуть деньги за еду за полгода. Двести тысяч. Иначе она меня из дома выгоняет.

Галина Васильевна ахнула так громко, что динамик телефона всхлипнул.

— Это… это мегера! Я всегда знала. Оставить мужа без портков? Да как она смеет? Вызывай полицию, я сейчас приеду. Я ей космы повыдергиваю.

— Мама, не надо полицию! — взвыл Богдан. — Она мои вещи продаст. Ты не понимаешь, она калькуляцию написала. Мама, мне жить негде. Если ты не отдашь деньги, я сейчас вызову такси и приеду к тебе. Жить навсегда…