Муж решил отменить развод, потому что семье снова понадобилась зарплата жены, но на кухне его ждал неожиданный ответ

Через полчаса входная дверь содрогнулась от прощального хлопка. Денис отправился навстречу свободе и материнской заботе, прихватив носки, бритву и игровую приставку. Оксана повернула замок и посмотрела на оставшуюся связку ключей. Личинку следовало заменить, но искать мастера в выходной ей не хотелось. К тому же Денису почти нечего было унести из квартиры: всё ценное Оксана купила ещё до брака, а договоры и чеки хранились в надёжном месте.

Она расправила плечи и впервые за три года ощутила, насколько легко дышится без невидимого мешка, который прежде зачем-то носила на себе. Тишина в комнатах не пугала. Напротив, она была похожа на долгожданный отдых.

Галина Петровна встретила сына почти торжественно. Полгода назад она приобрела в кредит двухкомнатную квартиру с окнами на парк. Каждый месяц банку требовалось отдавать шестьдесят тысяч, но до этого дня свекровь не сомневалась, что справится. Стоило Денису сбросить с себя жену-паразитку, как все его якобы огромные заработки должны были устремиться в единственно верном направлении — на материнские нужды.

В честь первого вечера новой жизни она застелила стол свежей скатертью, приготовила утку и щедро нарезала дорогую колбасу. Усевшись напротив сына, женщина сложила ладони под подбородком и потребовала подробностей. Унижалась ли Оксана, просила ли не уходить, пыталась ли спорить?

Денис отправил в рот ломтик колбасы и уверенно сообщил, что поставил точку одним разговором. Завтра же он намеревался подать официальное заявление о разводе. Мать расплылась в довольной улыбке, похвалила его твёрдость и сразу перешла к главному. Теперь вдвоём они наверняка закроют ипотеку всего за пару лет.

— Кстати, послезавтра очередной взнос, — напомнила она ласково. — После переезда свободных денег почти не осталось. Переведи мне семьдесят тысяч, чтобы ещё небольшой запас был.

Денис застыл с недожёванной колбасой во рту. Ещё секунду назад она казалась вкусной, а теперь превратилась в жёсткий безвкусный кусок. Он несколько раз моргнул, пытаясь понять, не ослышался ли…