Муж смеялся вместе с матерью, пока одно банковское уведомление не изменило настроение обоих

Телефон скользнул обратно в карман. Оксана взяла со стола кусочек ржаного хлеба и начала неспешно намазывать на него сливочное масло, продолжая приветливо улыбаться. За столом только-только начало спадать напряжение.

Кто-то из гостей попытался перевести тему на погоду, когда из прихожей грохнул возмущённый густой бас.

— Хозяйка, оплачивать-то будем? — это подал голос забытый всеми курьер. Судя по тону, парень был не из робкого десятка и ждать, пока клиенты налюбуются рыбой, не собирался.

— Вы же сказали, что сразу вернётесь, — громыхал бас из коридора. — Я тут с терминалом вообще-то стою, а у меня ещё три заказа стынут.

Галина Михайловна ойкнула. Её торжествующая улыбка мгновенно слетела с лица. Она картинно всплеснула руками, чуть не опрокинув солонку.

— Ой! Закрутилась, девочки, забыла совсем, — защебетала она, пытаясь сохранить лицо. — Богданчик, иди, сынок, разберись. Дай там парню на чай, чтоб не ворчал.

Богдан вальяжно поднялся из-за стола. Он одёрнул рубашку на животе, сунул руку в карман брюк и извлёк оттуда карту, привязанную к счёту жены. Неспешным шагом, как и подобает директору, направился в прихожую.

— Иду-иду, командир, не шуми, — донёсся его снисходительный голос. — Сколько там по чеку? Прикладывать куда?

В гостиной стало тихо. Пенсионерки затаили дыхание, прислушиваясь к звукам из коридора. Всем было безумно интересно, в какую сумму обошёлся этот гастрономический триумф.

Раздался короткий жизнерадостный писк терминала. Пауза. Затем агрессивный двойной гудок.

— Отказ! — сухо констатировал курьер.

— В смысле, отказ? — возмутился Богдан. — Давай ещё раз. Терминал свой протри, может, заглючил.

Снова короткий писк, долгая пауза, двойной гудок.

— Опять отказ! Пишет: «Операция невозможна!» — Голос курьера стал жёстче. — Другая карта есть? Наличные? У вас тут на двадцать тысяч восемьсот вышло.

В прихожей повисла такая густая тишина, что было слышно, как на кухне капает вода из крана. В гостиную Богдан вернулся совершенно другим человеком. Вся его директорская спесь испарилась, плечи поникли, а на лице появилось выражение глубокой растерянности…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇