Начальник исправительного учреждения велел немедленно привести заключённую к нему в кабинет. Когда она вышла оттуда, едва держалась на ногах…

Вероника промолчала.

— Понятно, — сказала Лиза тише. — Так не пойдёт. Сегодня ночуешь у меня. Завтра будем думать, что делать. Всё, идём.

Она забрала у ослабевшей женщины сумку и повела её домой.

Квартира Лизы оказалась просторной, светлой, простой, но уютной. Здесь не было роскоши, зато чувствовались тепло и вкус.

— Вер, вот твоя комната. Располагайся. В ванной чистые полотенца и халат. Иди, отмокни как следует. Там всякие шампуни, кремы, бери что хочешь. А я пока приготовлю поесть.

За всю дорогу Вероника почти не говорила. Лиза говорила за двоих и отлично понимала: эта женщина выжата до последней капли. Ей сейчас нужны были не расспросы, а тишина, горячая вода и еда.

Пока Вероника была в ванной, Лиза чистила картошку и думала о том, как жестоко улица меняет людей. В исправительном учреждении Вероника даже в простой одежде выглядела красивой. А теперь жизнь прошлась по ней грубо, оставив следы на лице, в движениях, во взгляде.

Звонок в дверь заставил Лизу вздрогнуть. На пороге стоял её старший брат Кирилл.

— Привет, сестрёнка. А что у тебя за запах? — он поморщился и заглянул в коридор. — Ты что, целую толпу бездомных кормила?

Потом заметил старую куртку Вероники.

— Это от неё?