НИЩАЯ СЕМЬЯ ИЗ СССР СБЕЖАЛА В ГЕРМАНИЮ. Через 10 Лет Соседи Не Поверили Своим Глазам

23 августа 1989 года Богдан Коваленко пришел на работу и увидел, что на проходной его ждет заместитель начальника отдела кадров, невысокий лысеющий человек с папкой в руках, который никогда раньше не выходил на проходную встречать рядовых инженеров. Он сказал: «Богдан Петрович, зайдите ко мне, есть разговор».

И по его тону Богдан сразу понял, что о заявлении в иностранное консульство стало известно. Сведения быстро дошли до руководства предприятия, где каждый шаг сотрудника с доступом к закрытой документации фиксировали и учитывали.

Подача документов на иммиграцию автоматически означала служебную проверку. На закрытом предприятии, где работал Богдан, такие решения отслеживались особенно тщательно. Человек, имевший допуск к конфиденциальным документам, не мог просто так уехать за границу.

Для руководства это было нарушением установленного порядка. Кабинет заместителя начальника отдела кадров был маленьким и душным. За столом, кроме хозяина кабинета, сидел ещё один человек — представитель внутренней службы в сером костюме, с внимательными глазами. Разговор длился 40 минут.

Ему не угрожали, но настойчиво намекали на последствия. Заместитель начальника кадров говорил, что у Богдана хорошие перспективы на заводе, что грядёт реорганизация, будут новые проекты и зарплаты. Представитель внутренней службы молчал, лишь изредка спрашивая, когда была подана заявка и кто помогал собирать документы. Богдан отвечал спокойно, коротко, по делу. Он научился этому на заводе: под давлением начальства отвечал фактами и не показывал эмоций.

В конце разговора заместитель кадров сказал прямо: «Богдан Петрович, вы понимаете, что в случае продолжения этого процесса мы будем вынуждены пересмотреть ваш допуск и, возможно, вашу должность». Богдан понимал.

Это означало понижение, перевод на другую работу, а скорее всего — увольнение. Он кивнул и вышел. На следующий день на заводе уже все знали.

Информация разошлась мгновенно, как это бывает в коллективах, где люди работают вместе годами и знают друг о друге всё. Коваленко подал на выезд. Коваленко уезжает за границу.

Коваленко — предатель. Слово «предатель» никто не произносил вслух. Но оно висело в воздухе, как запах, который ощущается, но источник которого невозможно определить.

Люди, с которыми Богдан обедал каждый день в заводской столовой, перестали садиться рядом. Мастер участка, Виктор Михайлович, с которым они 15 лет проработали бок о бок и вместе ходили на рыбалку, при встрече в коридоре опустил глаза и прошёл мимо, не поздоровавшись. Только пожилой слесарь Роман Григорьевич, который сам когда-то подавал документы на выезд, но получил отказ, подошёл к Богдану в курилке и тихо сказал: «Правильно делаешь. Езжай и не оглядывайся. Здесь ничего не будет»…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇