Одинокая акушерка пустила переночевать мать с ребенком. Сюрприз, который ждал

— попыталась настоять на своем Алла. — Девочка моя, я вижу, что тебе плохо, а я хочу тебе помочь.

Ты ведь не хочешь отказываться от малыша, правда? Лида помедлила, а потом отрицательно покачала головой. Глядя прямо в глаза Алле, она сказала:

— Нет, не хочу. Я надеюсь, что смогу потом его забрать, но что, если не получится? — У тебя есть родители? Друзья, еще кто-то? — спросила Алла. — Они-то могут помочь?

Лида горько усмехнулась. — Никого нет. Совсем никого. Идти мне некуда.

И не просите меня ни о чем рассказывать, ладно? Правда, просто знайте, что жить мне придется на улице, а я не могу пойти на улицу с ребенком. А так у него хотя бы будет крыша над головой.

Алла осторожным движением прикоснулась к руке девушки и произнесла фразу, которой сама от себя не ожидала. — Можешь пожить у меня? Лида удивленно подняла брови.

— У вас? Но у меня, правда, нет ни денег, ни работы, ничего. — Не надо денег, — решительно заявила Алла.

— Потом что-нибудь придумаем. Забирай ребенка и поедем ко мне. У меня двухкомнатная квартира, я живу одна, как-нибудь поместимся.

Денег хватает, прокормлю. А там придумаем, что делать. Лида задумалась.

— Но… Я не могу. Я же вас совсем не знаю, зачем вам это? Алла улыбнулась.

Она чувствовала, что Лида готова согласиться. — Лидочка, я просто хочу тебе помочь. Этого достаточно?

Девушка опустила глаза. — Но я не могу так, правда. Вы меня не знаете, и я вас не знаю.

— Так познакомимся, — пообещала Алла. — Решайся. Ребенок не должен расти в детском доме, когда у него есть мать.

Лидия медленно кивнула. — Но… только если потом я верну вам все деньги, которые вы на меня потратите, хорошо? — Конечно. Алла погладила девушку по голове, как маленькую.

— Конечно, вернешь, как только у тебя появится такая возможность. Лиду выписали через три дня. Она чувствовала себя отлично, и никаких причин держать ее в роддоме не было.

Как и обещала, она не стала писать отказ от сына. Она рассказала Алле, что сразу после ее визита пошла в отделение, где лежали новорожденные, и попросила, чтобы ей дали посмотреть на малыша. — Меня как будто отпустило, — говорила она Алле, когда они ехали к ней домой на такси.

— Представляете, какая-то гора с плеч упала. Я же думала, что никогда его больше не увижу. Смотрела на него и насмотреться не могла.

И что на меня нашло? Как я вообще могла подумать от него отказаться? — Ну вот, теперь он будет с тобой, — пообещала Алла, — и никто вас не разлучит.

Она подготовила комнату для Лидии, забрала у подруги, успевшей вырастить внука, детскую кроватку и крошечные, кукольного размера вещички. Также купила подгузники, присыпки и другие столь необходимые младенцу вещи. Увидев все это, Лида расплакалась.

— Спасибо вам, если бы не вы… Алла обняла девушку. — Мне это ничего не стоило, поверь.

Сына Лида решила назвать Матвеем. Алла спросила, как звали папу малыша, надеясь услышать имя Володи. — Неважно, — отрезала Лида.

— Напишу имя своего папы, Александр. Я Александровна, а он будет Александрович. Алла понимала, что Лида ужасно злится на отца своего ребенка, и задавать ей прямые вопросы она не решалась.

Но сходство маленького Матвея и Володи было потрясающим. Алла жалела, что у нее не осталось детских фотографий сына. Квартира, в которой они жили, когда-то сгорела вместе со всеми вещами.

Сосед напился и уснул с сигаретой. К счастью, никто не погиб. Но три квартиры выгорели полностью.

Городская администрация предоставила погорельцам новое жилье. Алле досталась неплохая двушка неподалеку от центра. Она даже радовалась этому.

Теперь и до работы было добираться ближе, и все нужные магазины под боком. Но она страшно жалела, что не осталось библиотеки, которую собирали еще ее родители. Сотни медицинских книг сгорели дотла.

Сгорели и фотографии сына, которые она так берегла. Алла думала, что оно и к лучшему. Раньше она могла проводить долгие часы, рассматривая снимки и вспоминая своего Володеньку.

Может, само мироздание намекает ей на то, что стоит перестать ждать его. Прошло два месяца. Лида обжилась у Аллы.

Оказалось, что она отлично готовит, не зря училась на повара. Она баловала Аллу расстегаями, великолепными пышными пирогами, кулебяками и борщами. В квартире было чисто, как никогда.

У Аллы не всегда хватало времени на уборку, а вот Лида, как выяснилось, обожала наводить порядок. Матвей был спокойным ребенком и не доставлял много хлопот. — Вот еще немного подрастет, найду работу и съедем, — обещала Лида всякий раз, встречая Аллу с работы.

— Простите, что столько хлопот вам доставила. — Да ладно тебе, — улыбалась Алла. — Мне за радость, я-то хоть не одна.

Алле и правда стало легче на душе, она словно вернулась в то время, когда рядом был маленький сын. И она чувствовала, что нужна ему, а он нужен ей. Омрачала ее радость лишь то, что Лида почти не рассказывала о себе.

Ей казалось, что девушка ей не доверяет. Она узнала лишь, что Лида является сиротой и воспитывалась в детском доме. А сына родила от какого-то случайного знакомого, с которым не планировала заводить серьезных отношений.

Все разговоры на подобные темы Лида резко обрывала. И Алла решила, что не стоит настаивать. Кто знает, может, это и впрямь лишь совпадение.

Просто судьба решила порадовать ее. Вернуть сына не смогла, зато послала Лиду и ее ребенка, как две капли воды похожего на ее Володю. Узнав о том, что Алла решила приютить чужую девушку, ее подруги только крутили пальцем у виска.

Если она мошенница, ограбит или уговорит прописаться, потом половину квартиры отожмет, спрашивали они. Но Алла лишь отмахивалась от назойливых вопросов, она точно знала, что Лида не сделает ничего подобного. Просто знала, и все.

Жизнь вошла в свою колею. Иногда Алле начинало казаться, что Лида — ее дочка, а Матвей — внук. Она обожала возиться с мальчиком.

Читала ему сказки, пела песенки. А он улыбался ей своей беззубой, смешной улыбкой и протягивал к ней ручки, как когда-то протягивал Володя. Когда Матвею исполнилось три месяца, Лида начала подрабатывать.

Пекла торты на заказ. Алла купила ей все необходимое: формы для коржей, мешки, насадки для крема, хороший миксер. Благо торты у Лиды получались отменные, покупатели быстро оценили ее умения.

Первый торт она испекла для корпоратива в роддоме. Алла принесла произведение Лиды на работу, и оно привело всех в восторг. Старшая медсестра сразу попросила испечь торт на день рождения ее сына.

А потом появились и другие заказы. Лида была счастлива. Она не сидела без дела, у нее появились деньги, на которые она могла покупать сыну все самое необходимое.

Но она все равно хотела найти работу, полагая, что выпечка тортов на дому — не самый стабильный источник заработка. Однажды воскресным вечером Лида отправилась гулять с коляской в парк. Алла осталась дома, ей хотелось отдохнуть, так как прошлая смена выдалась тяжелой.

Женщина устроилась у телевизора со спицами, она хотела связать кофточку для Матвея на осень. Шел один из ее старых любимых фильмов. Вдруг она услышала шум в прихожей: вернулась Лида.

Алла встревожилась, ведь это было рановато, она ушла всего полчаса назад. Обычно Лида гуляла минимум час-полтора, полагая, что ребенку для нормального развития просто необходим свежий воздух. Алла отложила вязание и вышла к Лиде.

Девушка стояла, как статуя, прижимая сына к груди. По щекам ее катились слезы. — Лидочка, что случилось? — испуганно воскликнула Алла. — Тебя кто-то обидел?

Лида всхлипнула и подняла глаза на женщину. — Они меня нашли. Я надеялась, что они не найдут меня, а они нашли. Алла Геннадьевна, что мне теперь делать?